— Гранпа! — Тамако с криком кинулась вслед за дедушкой, спокойно продолжавшим свой путь, он обернулся.

— Ты видела?

— Да, — дрожа, сказала Тамако. — Что же нам теперь делать? Они же сказали, что придут к нам домой.

— Да что они могут! — сказал он и добавил как бы про себя: — Посмотрел бы я на них, если бы они посмели хоть что-то предпринять. Еще чего доброго пришлось бы их зауважать.

Затем дедушка заговорил совсем о другом, будто и думать забыл о своей стычке с якудза:

— Слушай, Тамако, насчет Нового года, ты не против остаться дома вместе со мной?

— Не против, а что?

— Я хочу отправить Кэйити и Тиэко в поездку вдвоем.

В тот же вечер, против обыкновения оставшись на семейный ужин, Кэндзо достал конверт с ваучерами от турфирмы и передал их сыну.

— Я забронировал вам гостиницу на горячих источниках Кусацу [17] . И билеты на поезд туда и обратно тоже купил.

— Ого. Как это тебе удалось? — Кэйити с удивлением заглянул в конверт. — Ну да, у тебя же кругом связи.

— Не то что у тебя, — вне себя от радости Тиэко не удержалась от критики, несмотря на присутствие свекра. Уж очень она была недовольна нерасторопностью мужа.

— Отец, и на какие же средства ты это купил? — Кэйити наконец-то предоставился хороший повод задать давно мучивший его вопрос о том, где отец берет деньги.

— Ну, есть у меня несколько источников дохода, — ловко ушел от ответа Кэндзо, — однако хватает лишь на небольшие траты. Поэтому здесь билеты только на двоих. Извини, Тамако, но тебе придется остаться со мной дома, — Кэндзо подмигнул Тамако.

— Нет проблем.

— Но как-то нехорошо получается…

— Ничего страшного. Я хочу, чтобы вы обязательно поехали вдвоем, — не допускающим возражения тоном сказал Кэндзо невестке, похоже, чувствовавшей себя виноватой.

В одиннадцать вечера раздался телефонный звонок. К телефону подошла Тамако.

— Это ваша соседка Синдо, — торопливый голос принадлежал домохозяйке из соседнего дома. — A-а, Тамако-тян. С вашим дедушкой беда. Его окружили школьники. Да-да. На дороге перед нашим домом. Думаю, это хулиганы из твоей школы, человек десять. У них у всех металлические биты или что-то вроде того. Да-да. Пока они только смотрят друг на друга. Дедушка что-то говорит. Да. Да. В полицию я позвонила. Позвонила 110 [18] .

Поблагодарив соседку, Тамако повесила трубку, натянула свитер прямо на пижаму, сунула ноги в резиновые сандалии, чтобы ее шагов не было слышно, и выскочила из дома. Она подумала, что компания, должно быть, поджидала дедушку, зная, что он обычно возвращается домой в это время.

Дом Синдо находился в пятидесяти метрах от дома Годай, вблизи торгового квартала, напротив стоянки. Похоже, потасовка еще не началась, и Тамако, пройдя через стоянку, осторожно подкралась поближе и спряталась в тени. Дедушка стоял лицом к Тамако и спиной к телеграфному столбу у края дороги. Его полукругом обступили Токунага, недавно избитый Кэндзо Татикава, одноклассник Тамако Сакасита и другие школьные хулиганы — в общей сложности девять человек с металлическими битами, трубами и прочими железяками.

— Думаешь, справишься с нами, дедуля? — срывающимся голосом выкрикнул Татикава, вооруженный чем-то вроде ножа.

Он понимал, что, будь он с Кэндзо один на один, победа была бы не на его стороне, и от этого ему было еще обидней. А может, просто стыдился того, что они всей компанией нападают на одного, — поэтому и срывался на крик. «Вот из-за этого Синдо-сан их и услышала», — подумала Тамако и немного успокоилась от такой детской неосторожности.

— Да уж, наверное, не справлюсь. Если бы один на один, а то вас тут целая компания, — сказал дедушка, улыбаясь.

Школьники колебались, не в состоянии разгадать, что на уме у спокойного на вид Кэндзо. Красноречием они не блистали и повторяли одно и то же:

— Что ты из себя строишь…

— Грязный старикашка…

— Ты же знаешь, что мы все равно с тобой расправимся…

— Но покалечить одного-двоих я все равно могу, — Кэндзо произнес это как бы про себя, однако градус напряжения тотчас же заметно увеличился.

— А ну, начинай! — снова завопил Татикава.

— А может, лучше сначала подумать, — неожиданно сказал Кэндзо тоном, каким обсуждают последние сплетни. — Если вы меня раните или убьете, вас всех заберет полиция. И хулиганства в школе больше не будет. Я, честно говоря, именно этого и добивался, но теперь беспокоюсь за вас. Если это произойдет, жизни ваши будут искалечены.

— Не твоя забота, — сказал Токунага, не двигаясь с места..

Среди всей компании лишь один человек не придавал значения словам Кэндзо и совсем его не слушал. Это был легкомысленный Сакасита, думавший лишь о том, как бы прослыть героем среди товарищей. Пока Кэндзо говорил, он незаметно зашел ему за спину и после слов Токунаги занес металлическую биту над головой Кэндзо.