Лазерный целеуказатель со сменными подошвами собственного изготовления, под любое крепление, Мотя всегда таскал на поясе. Ситуации в жизни бывают разные, а жизнь в Зоне настолько непредсказуема, что, пожалуй, сам Творец не поручился бы за завтрашний день.

Только действовать надо быстро, чтобы пацан не успел подойти настолько близко, что Моте придется встать и предстать пред ясны очи наемников, что в сложившихся обстоятельствах весьма небезопасно.

Включив лазер, он попытался привлечь внимание мальчишки, направляя пучок на землю перед ним. Тот двигался достаточно профессионально для пацана, не служившего срочную, и поймать его не удавалось. Откуда только набрался? Пришлось предугадывать, какое укрытие он выберет следующим, и с третьего раза это удалось. Когда мальчишка нырял за очередной чахлый куст, похожий на перекати-поле, только раз в пять больший, он наконец заметил красную точку лазера и, выглянув с другой стороны, нашел взглядом Мотю.

— Ты кто? — жестом спросил Мотя.

— Свои, — так же жестом ответил пацан.

— Внизу пятеро, вооружены хорошо.

— Понял. Я начну — ты поддержишь.

— Принял.

— Мои эти, — пацан рукой повел вправо от себя, — ты берешь левых.

— Принял, — кивнул Мотя и, показав на часы, поднял растопыренную ладонь, — готовность пять минут.

Не мешкая, он подбежал к рюкзаку, вынул из клапана коллиматорный прицел и быстро установил на место снятого оптического. Вести бой на короткой дистанции удобнее, когда имеешь хороший угол обзора и цель находишь быстро, а не выискиваешь в размытой и сильно приближенной картинке.

«Курсант Пугач к стрельбе готов!», по привычке отрапортовал Мотя, не вслух, конечно, и приготовился к стрельбе. Первой мишенью он наметил себе командира, и не потому, что из-за его гибели группа наемников утратит боеспособность — Мотя не был столь наивен, чтобы на это надеяться, — а потому, что тот прятался за старым УАЗиком, дверь которого с легкостью прошивал его «Хеклер Кох» калибра 7,62.

Когда истекли пять минут, отведенные им на подготовку, Мотя уже сидел на корточках, готовый в любой момент выскочить из-за бортика, как чертик из табакерки, и нести смерть тем, кто посмел встать у него на пути.

Мальчишка задержался с атакой всего на пару секунд, первым же выстрелом — во дает, стрелок ворошиловский, — уложив «своего» флангового. Мотя высунулся по пояс из-за бортика и всадил две пули в дальнюю от себя дверь того, что раньше гордо именовалось «советским джипом», и тут же попытался достать крайнего со своей стороны, но наемник успел спрятаться за бетонные швеллеры и дать очередь в ответ, которая ушла далеко в сторону от сталкера. Отлично, шансы не просто уравнялись, а выросли многократно и сталкеры получили преимущество, несмотря на все еще численное преимущество наемников. «Десять негритят решили пообедать, Один вдруг поперхнулся, их осталось девять». Опомнившиеся после первого шока наемники открыли шквальный огонь в сторону того места, откуда стрелял мальчишка. Хе-хе, не такие уж они и профессионалы, как думал Мотя, разве можно забывать о его, Мотином, существовании и так подставляться? Он сменил позицию и уже с угла здания открыл огонь по наемнику, который весьма неосмотрительно подставил под пули свою спину. Мотя был воспитанным человеком и не смог не ответить любезностью на любезность, послав целых два воздушных поцелуя калибра 7,62 прямо в цель. «И их осталось двое».

Не став снова менять позицию, Мотя решил достать дальнего от себя врага, того, что прятался слева, в одноэтажном квадратном здании, по-видимому, ранее служившим диспетчерской. Взяв на прицел оконный проем, он стал ждать момента, когда наемник попробует высунуться, и чуть было за это не поплатился — тот, что прятался за швеллерами, его подстрелил бы — только неимоверное везенье и ангел хранитель помогли Моте избежать смерти.

Человек двигался быстро и бесшумно, словно скользил на воздушной подушке. Ни один кустик не шелохнулся на его пути, ни один сучок не треснул под подошвой берц. Если бы он в таком виде заявился в бар, одни его подняли бы на смех, а другие покрутили бы пальцем у виска, презрительно сплюнув. Человек был одет в довольно щегольской камуфляж, явно не предназначенный для глубоких рейдов в Зону, из распахнутого ворота псевдовоенного реглана выглядывала банальная тельняшка, а вся его защита состояла из черной банданы, серого грязного пыльника и армейского жетона, нарочито болтающегося на виду. Если бы на крыльце у бара сидели Медвежонок и Агапоша, неразлучная парочка местных дурачков, зарабатывающая на жизнь побрехеньками из собственного «героического прошлого» и облапошиванием туристов, то между ними мог бы состояться следующий диалог:

— Вишь ты, — сказал бы Агапоша, — гляди, какой сталкереныш выискался! Что думаешь, дойдет он, если бы случилось, до Янтаря или не дойдет?

— Дойдет, — отвечал бы Медвежонок, — а до Припяти-то, я думаю, не дойдет?

— До Припяти не дойдет.

Человек, скажем прямо, выглядел нелепо, но это его беспокоило меньше всего. Главной его задачей сейчас было незаметно подобраться как можно ближе к ангару, возле которого велась перестрелка.

Выйдя на расстояние прицельной стрельбы, человек снял штурмовую винтовку с плеча и приник к окуляру оптического прицела. Некоторое время он изучал строение и окрестности, поглядывал на солнце и что-то прикидывал в уме, шевеля губами, затем достал небольшое зеркальце из нагрудного кармана и занялся совсем уж неприличным, недостойным гордого звания сталкера делом — стал пускать солнечные зайчики.

За мгновение до того, как палец наемника нажал на спуск, солнечный зайчик, резанул Мотю по глазам, заставив опустить голову, и пуля прошла в паре миллиметров от его головы.

— Профи долбанный! — Мотя повалился на бок, прячась за кирпичным бортиком. — Ну и кто ты после этого, спецназовец недоделанный? Стройбат по тебе плачет.

Кляня себя последними словами, он отползал на другую сторону крыши. Надо же, клоун, только что хихикал над наемниками и тут же сам подставился аналогичным способом. В «Контру» не доиграл, что ли?

— Ладно, сталкер, будем действовать строго по учебнику, — подбодрил себя Мотя. Он добрался до угла и выглянул ровно на секунду из своего укрытия. Этого времени ему хватило на то, чтобы увидеть и оценить обстановку. Пасет, зараза, и времени на прицеливание не даст. Если пацан не сообразит прикрыть, придется действовать на опережение.

Мотя приготовился, взял направление, мгновенно приподнялся, выстрелил двойной очередью и так же быстро спрятался. Не попал — наемник хоть и запоздал, но все же выстрелил в ответ. Не дав ему времени на раздумья, Мотя снова вскочил над бортиком и на этот раз очередью заставил наемника спрятаться за бетон.