Уверенность Фила в том, что Фрэнк действительно тот, за кого себя выдает, сильно раздражала Трейси. У нее невольно появилась мысль, не совершает ли она глупость.

Конечно, такая возможность не исключена. Но почему она должна верить на слово? Слепая вера однажды уже завела ее в тупик. Нет, пусть о ней думают что угодно, но она должна увидеть шрам своими глазами!

Чувствуя, что сердце ее едва не выпрыгивает из груди, Трейси решительно направилась в капитанскую каюту. Она даже не повернула головы, чтобы удостовериться, следует ли за ней Фрэнк.

Прошло несколько минут, прежде чем Трейси осознала, что запах Фрэнка точь-в-точь такой, как у Бена. Ее муж обычно принимал душ утром и вечером, после чего непременно пользовался очень дорогим одеколоном с терпким экзотическим ароматом. Со временем Трейси привыкла к этому запаху и полюбила его. Этот аромат ассоциировался у нее с теми сладостными мгновениями, когда обнаженный муж забирался ночью к ней в постель. Тонкий запах пробуждал в ней чувственные ощущения и словно готовил к тому, что неотвратимо приближалось.

Она не могла ошибиться в определении этого запаха. Возможность того, что брат Бена пользуется таким же одеколоном, казалась невероятной, поэтому сомнения одолели Трейси с новой силой. Неужели привычки братьев-близнецов могут быть столь схожи?

Однако это вовсе не объясняет того, почему Трейси так бурно реагирует на находящегося рядом с ней человека. Почему даже сейчас, когда она не смотрит на него, по ее спине бегут мурашки? Дело тут не в запахе одеколона, а в самом Фрэнке и его эротической ауре.

Трейси явственно ощущала, как ее тело, словно привыкшее самопроизвольно настраиваться на невидимые волны, исходившие от Бена, в эту минуту реагирует так, будто он находится рядом. Пульс у нее участился, лицо раскраснелось, соски болезненно напряглись.

Допустить, чтобы он заметил ее состояние, означает величайшее унижение! Смущение заставило Трейси взять себя в руки, придать лицу серьезное выражение и повернуться к Фрэнку. К ее немалому удивлению, она легко справилась с этой задачей, и у нее даже промелькнула мысль, что не один Бен умеет притворяться. Ей тоже можно поздравить себя с подобной способностью. Впрочем, хорошо, что на ней была просторная футболка, потому что обтягивающая одежда выдала бы ее с головой.

— Итак, давай посмотрим на твой шрам, Фрэнк. Или ты предпочтешь все же признаться, что ты вовсе не Фрэнк, а Бен?

Он несколько мгновений хмуро смотрел на нее, а потом принялся расстегивать шорты. Когда раздался характерный звук расстегиваемой молнии, Трейси вздрогнула. Что это? Он блефует?

— Я вас предупреждал, — заметил Фрэнк.

Затем он спустил шорты, поднял край майки и сдвинул вниз узкие трусы. Трейси почувствовала, что ее горло сжимается… Но Фрэнк не стал обнажаться полностью. Он только показал ей ужасный рваный шрам в паху. Ничего подобного Трейси никогда не приходилось видеть. Устрашающий зигзаг тянулся от пупка вниз и заканчивался на бедре. Белый рубец отчетливо выделялся на фоне загара, не вызывая сомнений в том, что ранение получено уже давно. Свежий шрам имел бы розоватый или лиловый оттенок, но никак не белый.

Кроме того, Трейси отметила про себя, что у Фрэнка сплошной загар, который можно прибрести, лишь загорая без плавок, а Бен никогда не позволял себе подобных вольностей.

— Потрогайте, — сухо велел Фрэнк. — Я не хочу, чтобы меня обвиняли в мошенничестве. Убедитесь, что шрам настоящий.

Услыхав эти слова, Трейси внутренне сжалась. Ей совершенно не хотелось этого делать.

— Ну же! — настойчиво произнес он. — У вас не должно остаться никаких сомнений.

Трейси прерывисто вздохнула и протянула вперед дрожащую руку. Она помедлила, но не от брезгливости, а потому что боялась прикоснуться к Фрэнку. К любой части его тела.

А потом вдруг ее взгляд скользнул на то, что выпукло выдавалось из-под тонкого трикотажа белых трусов. Увиденное было очень впечатляющим. Таким же, как у Бена. Впрочем, чему здесь удивляться, ведь они близнецы!

Трейси поспешно перевела взгляд на шрам и несмело прикоснулась к нему кончиками пальцев. Едва ощутив бугристую поверхность рубца, она отдернула руку и подняла глаза на Фрэнка.

— Как это случилось? Откуда он появился? — Из-за волнения ее голос звучал хрипло.

— Этот шрам достался мне в награду после одного неприятного случая на дороге, — холодно сообщил Фрэнк, надевая шорты. — Во время дождя я не справился с управлением автомобиля и меня понесло на дерево.

Трейси сочувственно вздохнула. В ее душе происходила борьба эмоций. Уже было совершено ясно, что это не Бен, но оставалось загадкой, почему он по-прежнему пробуждает в ней самые сокровенные желания. Неужели ее любовь к мужу столь поверхностна, что с легкостью обратилась на его брата?