– Не сопрут сумку? – Ефим и теперь мыслил приземленно.

– Вряд ли, – засмеялась Вера. – Там миллионеров мало, все больше миллиардеры.

– Вот они самые и жулики, – убежденно произнес Береславский.

– Это в тебе классовая рознь говорит, – успокоила его подруга.

Впрочем, последнее замечание рекламному профессору не понравилось. Он с юности не любил ситуаций, когда девушка была умнее или богаче его. А здесь – оба прискорбных обстоятельства в одном флаконе.

– Ладно, не злись, – снова прочла все его мысли Вера и ласково взяла за руку: – Я ж к тебе сбежала, а не к какому-нибудь олигарху.

Вот же они какие! Ничего ведь не сделала, только за руку взяла. А теплая волна пробежала по Ефимовой голове. И не только, надо сказать, голове…

– Поехали в центр, снимем номер, – хитро-понимающе сказала Вера и тихонько сжала пальцы Ефима.

– Поехали, – согласился он. И застыл как вкопанный.

А на что он номер снимать будет? И документы, и кредитка остались в «Патроле», а тот – на охраняемой стоянке рядом с работой. Вот же идиот!

Хотя, с другой стороны, он же на встречу с Велесовым ехал. А на метро и ресторан в карманах наверняка наберется.

– Без денег? – засмеялась Вера.

Ефим угрюмо мотнул головой.

– Я тоже, – она легко прижалась к нему. – Ну, хочешь, схожу за сумкой?

Ну уж нет! Это даже хуже, чем назвать бизнес Береславского мелким (каковым он на самом деле и является).

– Хорошо, хорошо, – снова угадывает реакцию обиженного гиппопотама Вера. – Придумаем что-нибудь. Давай пойдем в твой «Патрол». Я тебя там поцелую. И обниму. А если стекла тонированные, может, и еще что-нибудь сумеем.

– Тонированные, – печально выдохнул Ефим Аркадьевич. – Но он на стоянке и в другом конце Москвы.

В отличие от Береславского, Вера стойко перенесла новость:

– Тогда поехали просто погуляем. У нас всего-то – два часа. Точнее, – бросила она взгляд на маленькие, украшенные бриллиантами, часы, – один час сорок пять минут. И я по тебе очень соскучилась.

– А может, в кино? – Мозг обездоленного Ефима пытался найти хоть какое-то решение.

– Там, конечно, темно, – мягко согласилась Вера, взяв расстроенного профессора и за вторую руку. – И ты даже сможешь залезть мне под юбку.

«Я и дальше смогу», – радостно представил себе он.

– Но представляешь, как мы там за полтора часа друг друга измучаем? – вернула его на землю опытная женщина.

– Но нельзя же вот просто так…

– …гулять? – расхохоталась Вера. – Да ладно тебе! Я почти год тебя не видела и неизвестно, сколько еще не увижу. Пойдем по улице, смотри, какая погода! Хоть наговоримся вволю.

– Ну уж нет!

Ефима окончательно переклинило. Может, женщины и по-другому устроены, но его никак не устраивало потерять все полтора оставшихся часа на пешеходные прогулки.

– Фим, я на все согласна, – покорно сказала его подруга. – Но раз вариантов действительно нет…

– Может, в лес уедем? – спросил он. «Отличная идея! Зарослей полно и бесплатно». – Тут пара остановок до парка.

– У меня доклад через пару часов, – вернула мечтателя с небес на землю Вера. – В светлом платье после любви на траве это будет проблемно.

– Тогда давай в сауну! – Мозг бывшего ученого начал выдавать все более реальные варианты.

– Не успеем, Фим. Час с небольшим остался. Где искать эту сауну? Смирись уже, – со смехом сказала она.

Но не таков был наш герой. В мозгу судорожно пролетали пережитые когда-то сцены не домашней любви, но тут же и отметались: очень уж давно это было, сейчас – ни той решительности, ни той сноровки.

– Нет, только не в лифте! – расхохоталась Вера, снова угадав ход мыслей друга и став от смеха еще более красивой. Хотя уж куда более!

– А и не надо в лифте, – вдруг дошло до профессора. – Зачем в лифте, когда есть коридоры?

План и в самом деле был реален. В новых высоких домах никто не ходит по лестницам. Разве что лифты отключат. И ехать никуда далеко не надо, сейчас они везде есть. И опасность минимальна. Главное, на видеокамеру не засняться, чтоб потом в Интернете на порносайтах себя не разглядеть. Как ни пыталась Вера привести настырного друга к порядку, но уговорил-таки речистый!

Подходящий дом нашли быстро, истратив из оставшегося часа не более пятнадцати минут. Не слишком новый, чтоб без чоповцев и навороченной техники, не слишком старый, чтобы коридор был максимально комфортным, если такое (применительно к их нетривиальной задумке) можно сказать о коридоре.

Старенькую консьержку в стеклянной будке прошли без сучка, без задоринки: кто ж, глядя на них (особенно на нее!), мог предположить истинную цель их визита? На лифте поднялись на двенадцатый этаж – а всего этажей было шестнадцать. Из лифтового холла прошли не к квартирам, а через две двери – на лестницу.