И все же самое неприятное – надо звонить Глебу Петровичу. Своими силами Жоржу, похоже, не обойтись.

Второй звонок такого рода за неделю.

Первый – насчет Румянцева.

Потому что крайне не хотелось Велесову, чтоб настырный Ефим Аркадьевич, даже чисто теоретически, имел возможность плотно побеседовать с потомком белоэмигрантов.

Глеб Петрович недовольно хмыкнул, выслушав просьбу, и обещал помочь.

Главное слово здесь – недовольно. Потому что таких людей никак нельзя делать недовольными тобой. А то ведь поможет уже относительно тебя самого.

Нейтрализация Румянцева, кстати, встала Велесову в тридцать тонн баксов. И не поторгуешься с опасным Глебом!

Итого, из первоначально полученной от Агуреева сотни тридцать плюс тридцать ушли Глебу Петровичу, сорок забрала Шипилова. В остатке у Георгия Ивановича – ноль, не считая затрат на приобретение и «перелицовку» Ван Эмдена.

Вот такая неприятная арифметика.

Конечно, в закромах Велесова кое-что после трех лет работы еще есть, но уже ясно, что операцию с «шишкиными» нужно доводить, во-первых, до конца и, во-вторых, – успешно.

Перед тем как созваниваться с Глебом Петровичем, Велесов сделал еще один звонок – секретарше чертова профессора. Надо узнать, куда он делся – вчера его уже не было на месте.

Трепать сотовый Береславского Жорж не хотел: вся эта новомодная техника навечно сохраняет следы переговоров. А с учетом непредсказуемости дальнейших взаимоотношений с профессором оставлять следы в его сотовом было бы и вовсе неразумно.

Старая очкастая мымра, последние сто лет охранявшая покой рекламиста, ничего толкового не сообщила.

– Он на месте?

– Пока нет.

– А когда будет?

– Он мне не докладывает.

– А может, улетел куда?

– Может, и улетел.

Вот и весь разговор.

Мог бы и ее вместе с профессором заказал Глебу Петровичу.

Впрочем, так никаких денег не хватит. Надо выкручиваться самому.

Обзвонил еще пару людей, которые могли быть в курсе планов Береславского. Один из них сказал, что Ефим собирался в Европу по каким-то художественным делам.

Тоже мне, новость, подумал Велесов. Но услышать то, о чем хоть и знал, однако не хотел, чтоб это произошло, все равно было неприятно.

Звякнул Жорж и своему бывшему дружку, который имел доступ к базе прошедших через границу граждан. Хоть и связывала бывших друзей почти любовь, а денежки дружок брал за услуги немалые. Хорошо хоть предоплаты не требовал.

Вот и сейчас быстро перезвонил, сказал, что через аэропорты искомый гражданин Родину не покидал. Значит, он еще здесь, что хорошо.

В дело явно включался фактор времени. Если удастся сорвать куш, то в принципе можно и прикрыть лавочку. По крайней мере, на время. Заплатить долю Глебу Петровичу – это святое, жить-то хочется. Но сэкономить на зловредной старухе. Эта – не Глеб Петрович, исполнителей не подошлет. А взяв «лимон» баксов и прикрыв бизнес, он все равно перестанет нуждаться в старухиных услугах.

Велесов даже повеселел: его доля от таких нехитрых рассуждений вырастала на без малого четыреста тысяч евро. Или более чем на пол-«лимона» баксов.

Что ж, об этом даже думать приятно.

Телефон прервал мечтания арт-дилера.

Звонил Игорь.

– Он уехал во Францию. На машине, – без предисловий доложил подручный.

– Откуда сведения?

– Сам охраннику доложил, около их дома. На «патруле» серебристом уехал. На крыше – багажник, там – вторая «запаска».

– Один в машине?

– Нет, с двумя бабами. Жена и дочка. Через Белоруссию. Номер машины я уже пробил – «В 238 КО», 99-й регион.

Ну что ж, это уже кое-что.

Если, конечно, хитроумный рекламист не разыграл сценку для таких наблюдателей, как его Игорь. Хотя – вряд ли. Чего ему бояться-то, Ефиму Аркадьевичу? Он же с Глебом Петровичем незнаком. Пока…

Не хотелось, но пора было звонить Глебу Петровичу.

Тот, как всегда, на звонок не ответил. Перезвонил сам, через три минуты.

– Ну, что еще у тебя? – Голос недовольный. Как будто не получал три года кучу бабла, палец о палец не ударив.

Впрочем, даже думать неуважительно про таких людей, как Глеб Петрович, не следует. Черт его знает, какие еще новомодные штуки им закуплены и используются. Может, уже и мысли читает?

– Есть информация по Береславскому, – Георгий Иванович торопливо слил нарытое Игорем. – Нельзя ли его подзадержать там? Желательно надолго.

– Не слишком ли много просьб? – мрачно спросил Глеб Петрович.