Она прочла второе письмо, на этот раз от Бофора к Де Сильве, описывающее его приготовления к восстанию против Королевы Елизаветы. Эмми почти уже потеряла интерес к тексту, как вдруг увидела последние слова Генри Бофора. «Я получил золото и найду ему хорошее применение».

– Золото.
– Выдохнула она.

Бумага выскользнула из пальцев Эмми, она, не отрываясь, уставилась на документы. Сначала были написаны письма. Это очевидно, ведь никто не пишет секретарю посла на обратной стороне списка жилых помещений дома, и уж конечно, секретарь не мог писать свое письмо ни на каких бумагах Бофора. А это значило, что кто-то повторно использовал письма. Но Генри Бофор, конечно же, прятал бы столь крамольную корреспонденцию, а не отдавал её слугам на черновики.

Значит, это сам Бофор добавил и список обитателей дома, и поэму, и фразы на разных языках. Зачем?

Эмми снова посмотрела на оборотную сторону писем. У Бофора был огромный штат слуг, что, несомненно, свидетельствовало о его высоком положении. У него даже жил какой-то француз. Месье Д’Ор. Может, друг? Или учитель французского языка для дочек, леди Маргарет и леди Изабеллы?

Бедные девочки. Пока они учили французский под руководством месье Д’Ора, их идиот-папаша задумывал предательство и готовил себе место в Тауэре. Что потом стало с ними и с беднягой месье Д’Ором?

– Д’Ор… Эмми моргнула, глядя на выведенное пером имя, вспоминая материнские уроки французского языка.

– Д’Ор, - повторила она, оглядывая список обитателей дома.
– Un anneau d'or– золотое кольцо… Fil d’or– золотая нить. Учитель французского по имени Мистер Золото. Маловероятно.

Со все возрастающим возбуждением Эмми посмотрела на стихотворение, написанное на обороте письма испанца. В нём говорилось об изгнании змея ереси, о мести за того, кто рожден в лоне истинной церкви, то есть всё это было приписано незадолго до наступления Армады. А Армаду послали, чтобы отомстить за смерть католички Марии Шотландской [7] , павшей от руки Елизаветы. Мария Стюарт «рождена в лоне истинной церкви».

Генри Бофор писал о чём-то важном, о чём-то, что пришлось спрятать… испанское золото, месье Д'Ор! Что там с распределением комнат на обороте письма Бофора? У всех комнаты как комнаты, кроме месье Д'Ора, который занимает la chambre sous la spiraleчто бы это там ни значило. Комната под витками, так кажется?

Отложив письмо Бофора, Эмми схватила листок с разрозненными предложениями. Первая фраза была на английском, взята из Библии. «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» Евангелие от Матфея 6:21.

– Бедняга Генри, - сказала Эмми, - ты и впрямь надеялся обмануть человека подобного Трокмортону, или королеву, подобную Елизавете такими дешёвыми уловками? Удивительно, что тебя раньше не разоблачили.

Похоже, единственное, что Бофор сделал разумного - спрятал бумаги. Что-то здесь должно указать на то, где лежит золото!

Эмми уронила бумагу, вскочила и заходила взад-вперед по комнате. Ей придётся перевести фразы. Ей понадобятся старые словари матери: латинский и французский. Она застыла на полпути.

Святые Небеса, все это лежит в доме Норта, а я не могу до него добраться.
– Она потерла лоб.
– С унижением маркиза придется подождать.

Она снова принялась ходить по гостиной туда-сюда мимо кресла с чехлом, заплатки на котором скрывали подушки.

– Я должна каким-то образом проникнуть в Эджинкорт Холл.

Она могла бы отправиться туда в качестве Агнес Каупер, но в таком большом доме, как Эджинкорт ей будет тяжело действовать под видом пожилой леди. Довольно легко перевоплотиться в горничную, но служанка не сможет распоряжаться своим временем. За всеми её перемещениями будет пристально следить старший лакей и ей придется работать с утра до ночи.

Нет, лучше всего проникнуть туда в качестве юной леди. Юным барышням многое запрещено было делать - почти все занятия и профессии, доступны лишь для мужчин, так что свободного времени у них хоть отбавляй.

– Загвоздка только в одном, - сказала Эмми. Она плюхнулась на диван и начала отбивать ногтями дробь на передних зубах.
– Кем мне лучше представиться?

Через несколько секунд она хлопнула в ладоши, встала и, блестя глазами, объявила на всю гостиную:

– Ну-с, Вэлин Норт, приготовьтесь познакомиться с мисс Эмилией Шарлоттой де Винтер. Хотите вы этого или нет, ваша тётушка скоро надооооолго пригласит её в Эджинкорт.

Вынужденный прятаться в своем собственном доме, Вэлин на цыпочках крался мимо лестницы, а следом за ним шла его колли Мэган. Он остановился и прислушался к тётиным крикам.

– Тистлетвэйт? Ти-стле-твэйт! Гости еще не приехали, а эти цветы уже завяли. Тистлетвэйт!!!

Последний крик сорвался на визг. Вэлин моргнул, а Мэган опустила голову и тихо заскулила.

– Пошли, девочка.

Вэлин промчался по лестничной площадке к восточному крылу. Он прокрался мимо собственных комнат, завернул за угол, отчётливо слыша, как за его спиной стучат коготки Мэган. Проскользнув в дверь, он вошёл в заставленную книгами комнату, некогда превращённую им в кабинет, и захлопнул дверь. Меган потрусила к камину и свернулась на своей подушке. Вэлин повернул ключ в замке, облегчённо вздохнул и улыбнулся собаке.