Игорь улыбнулся, благодаря за поддержку.

— Итак, — продолжил он. — Опять же, опираясь на карту древнего мира, где и Бангалур и Новгород расположены на самых ее краях, я отмел место, расположенное непосредственно над лабораторией. Остались только чердак и крыша.

— Подождите, — прервал его рассуждения королевский маг. — А при чем тут Новгород? И почему именно — наверху? А не наоборот — внизу? Лаборатория князя — в подвалах. Логичнее было Идола замуровать где-то поблизости, только гораздо глубже. Согласитесь, глупо что либо замуровывать на самой верхней точке.

— Объясняю, — сказал Игорь. — Из рукописи, найденной в тайнике, нам с вами стало известно, что князь отправился в Бангалур, откуда он и вернулся ко всем этим неприятным для него событиям.

Магистр и Рыцарь кивнули.

— Так вот, — торжественно произнес Игорь. — У меня есть документ, в котором точно говорится, что князь в это время был не в Бангалуре, а в Новгороде.

— Какое все это имеет значение?

— Исходя из их географического положения — я имею ввиду место на карте, можно заключить, что здесь речь идет не о том, где он нашел идола — тем более что это как раз никому и не интересно, а где он его спрятал — то есть именно те сведения которые всех и интересуют.

Магистр в волнении почесал затылок, встал, энергично прошелся по кабинке.

— Ход ваших мыслей довольно интересен, — сказал он. — Теперь окончательно ясно, зачем вас заманили в замок, — добавил королевский маг.

— Ну, хорошо, а наверху как вы будете искать? — спросил Рыцарь.

— Пока не знаю, — честно признался Игорь. — Мне еще не совсем понятно, что здесь может являться верхом? То есть — крыша или чердак?

— Тем более, что если это крыша, — задумчиво произнес сэр Люк. — То необходимо специальное снаряжение. Иначе упадем. Да и оружие понадобится. Черные Трубочисты — это вам не оборотни.

— А почему вы не допускаете, что это просто самая высокая точка замка? — усмехнулся Магистр. — Смотровая Башня.

— Не скажите, — покачал головой Игорь. — Я так понимаю, что это место должно располагаться строго над лабораториями. Все-таки именно она является центром всего.

Магистр задумался.

— Логично, — согласился Рыцарь.

— В Ваших рассуждениях есть единый стержень, — наконец признался королевский маг. — Ну, хорошо, — продолжил он. — Нам указали на Фрэй, на Дозорную башню. А вы уверены, что там спрятан сам Идол?

— Нет, конечно, — честно ответил Игорь. — Приедем — узнаем.

Все замолчали.

— Интересно все же, кто там сейчас может обитать? — заметил Рыцарь. — Хоть примерно знать, с чем мы можем столкнуться.

— Империя домовых, — глухо донеслось из темного угла. И все замолчали, посмотрев на домового.

— Вы это точно знаете? — спросил сэр Люк, но Уох ничего не ответил.

Уставшие ото всех случившихся передряг, споров и рассуждений, путешественники уже ехали молча.

Лифт, монотонно покачиваясь, двигался по горизонтали. Справа и слева виднелись жилые помещения. Не смотря на поздний час, кто-то что-то варил, строгал, подметал, ну и так далее. Никто, как обычно, их не видел.

Прижавшийся к Игорю Кеша вдруг торопливо вытер одинокую слезу, предательски скатившуюся по его щечке.

— Что случилось? — встрепенулся Игорь, внимательно глядя на мальчика. — Что загрустил?

— Я не хочу умирать, — ответил малыш и нижняя губа его задрожала.

— С чего ты это так решил? — откровенно растерялся Игорь.

— Мои дедушка с бабушкой умерли, — тихо ответил Кеша. — И их дедушки с бабушками умерли. И мои папа с мамой умрут. И я тоже умру.

Игорь погладил ребенка по голове, потрясенный этими рассуждениями.

— Ты не умрешь, обещаю, — сказал он. — Все будет хорошо.

Мальчик серьезно посмотрел на Игоря.

— А папа с мамой?

— И они тоже.

— А ты не умрешь?

— И я не умру, — ответил Игорь.

— И Охотница?

— И Охотница.

— И Магистр с Рыцарем?

— И они тоже, — оборвала этот разговор Охотница. — Кеш, устал? Спать хочешь?

Мальчик кивнул.

— Ложись, давай. Ко мне на коленки.

Ребенок послушно лег, поджав под себя ноги. Закрыл глазки.

Игорь грустно посмотрел на малыша.

— Он же — привидение, — тихо сказал он Охотнице. — Они ведь не умирают.

— Ну почему же, — так же тихо возразил слышавший весь этот разговор Магистр. — Любая сущность рано или поздно исчезает, распадается на свои составляющие. Просто у привидений этот срок несоизмерим с человеческим.