Ждали ли они такого поворота? Безусловно, ждали. Мало нашлось бы среди ролфийских офицеров тех, кто готов слагать скорбные саги о горькой судьбе Аластара Дагманда Эска. Как человек он был интересен, как союзник – неоднозначен, а в качестве князя… теперь уже, пожалуй, одиозен. Нижние чины вообще недоумевали, какого рожна Священный Князь до сих пор Эску руку подает и бабу свою с ним делит. А к ропоту в войсках следует прислушиваться, даже если слухи там витают самые дикие. Офицеры – те не роптали. Им все было понятно: Эск нужен до тех пор, пока не вырастет Идгард – «наш Совенок», сын Священной Невесты и брат Вилдайрова любимца Шэйрра Ияри. Но вот птенец оперился и возмужал, однозначный приказ вскрыт и перечитан десяток раз, причин тянуть нет… Так отчего же эрне Хайнри настолько погано? Не то, чтобы в сердце Паленой Умфрэйд встрепенулась вдруг жалость к обреченному диллайн или же ее превосходительство обуяла неуместная щепетильность, но… Нет доблести в том, чтобы бить в спину того, кто не ждет нападения. Впрочем, не ей решать, что почетно, а что – бесчестно. Удар нанесет сам Вилдайр Эмрис, эрна же Хайнри – лишь скейн в его руке…

– Аластар Эск, а давай ты сделаешь нам всем неожиданный подарок – сдохнешь сам, а? – вслух проворчала ролфийка и с кряхтеньем повернулась с боку на бок. – Что стоит твоему сыну, Локка, героически пасть в великой битве с Херевардом, например? Или хотя бы с лошади упасть!

Но хуже всех сейчас приходится бедняге Рэдрину в Амалере! Он ведь тоже наверняка вскрыл свой пакет… и одним богам ведомо, какой там приказ! А ночь все тянулась и тянулась, бесконечная, а сон к эрне Хайнри все не шел и не шел. Морайг наградила детей своих отменным слухом, так что измаявшаяся в бессоннице ролфийка вскидывалась даже на топоток тараканов где-то за обоями, а уж заслышав под окнами цокот копыт, она и вовсе насторожила уши и села в развороченной постели. Одинокий всадник на улице, пустынной в этот час, да еще и прямо у ворот в резиденцию ролфийского посольства – это же неспроста, верно? И точно!

– Наверняка ведь ко мне… – вздохнула эрна Хайнри и завозилась, спуская ноги с кровати. – В этот час – к кому еще, не к эрну же Фэйрнси… Тангейн! А ну живо ко мне!

И угадала, конечно. Денщик не успел еще госпоже полковнице халат подать, а под дверью уже царапался капитан Эйдри:

– Ваше превосходительство! Гонец из Индары!

– О, славно! – сразу взбодрившись, Паленая потерла шею и, отпихнув денщика локтем, приказала: – Кадфы в кабинет! И гренок, да побольше!

– Ваше превосходительство! – беспокойно уточнил за дверью Эйдри. – А ведь это шурий ваш, ну, тот самый…

– О! – обрадовалась Умфрэйд. – Замечательно! Отставить кабинет! Эйдри, давай его прямо сюда. Тангейн, ширму передвинь и тащи сюда жаровню, эля и мяса прихвати!

Не то, чтобы эрна Хайнри уже успела соскучиться по… хм… ровеснику, однако было у нее такое чувство, что привезенные им новости могут стать поводом для торжества. А от предчувствий она обычно не отмахивалась.

Неяркий зимний день еще и за полдень не перевалил, а эрна Кэдвен уже оказалась на распутье, причем не в поэтическом смысле, а вполне буквально. Ехать прямо на Дэйнл, вслед на синтафской армией, она не рискнула – слишком велики были шансы нарваться на неприятности. Поэтому от оврага Грэйн двинулась не по широкому и накатанному дэйнлскому тракту, а свернула на заметенный снегом проселок, держа, как и велела Локка, к западу. И, как ни досадно в этом признаваться, похоже, заблудилась. Холмы и долы Янамари, простиравшиеся вокруг, были пустынны и безлюдны. Ни одного дымка над крышами дальних хуторов, ни мычания скотины, ни собачьего бреха. Будто вымерло все. И дорогу спросить, увы, не у кого, и про «место, именуемое Этенхари», тоже никак не узнаешь. Вольно же Локке задавать своей посвященной такие задачи! Но не карту же просить у богини?

Впрочем, диспозицию на янамарском направлении Грэйн неплохо помнила и без ланд-карты под рукой. И присягнуть была готова – что бы ни представляло собой неведомое Этенхари, это точно не город, и даже не крупное поместье, не говоря уж о селениях. Скорее всего какое-нибудь тайное диллайнское укрывище, место, ведомое лишь служкам Живоглота… И где, в таком случае, брать информацию?

– Похоже, напрасно я спраздновала труса и оторвалась от синтафцев… – вслух посетовала сама на себя ролфийка, борясь с зевотой и почесывая затылок. Ответом ей был лишь невесомый шелест падающего снега, фырканье драгунской кобылы да вороний грай. Можно было, конечно, продолжить путь в неведомое, полагаясь на удачу, но эрна Кэдвен колебалась. Она сама нуждалась в отдыхе, да и лошадь не худо было бы расседлать и накормить. По пустынным просторам мятежного графства передвигаться разумнее ночью. А в получасе неспешной езды отсюда стоял чуть поодаль от дороги симпатичный одинокий сарайчик – как раз то, что нужно усталой путнице! И заметенный снегом стожок вроде бы рядом примерещился…

Грэйн сдвинула шапку на затылок и привстала в стременах, оглядываясь. Нет, никого вокруг! Полно, уж не остались же под низким зимним небом лишь они вдвоем с кобылой, а прочие все сгинули в круговерти снегопада?

– Этак я одни боги ведают до чего договорюсь! – Грэйн сердито сплюнула и потянула повод, заставляя лошадь развернуться. – Только дурак ловит рыб дырявым сапогом! Дорогу в сычиное гнездо наверняка знают тивы, а их на Дэйнл промаршировало целое стадо! Выберу самого жирного и потрясу хорошенько, а там видно будет!

Может быть, заявление это и было излишне оптимистичным, учитывая соотношение сил, однако любое осмысленное действие все же лучше, чем метаться по Янамари в поисках места, не обозначенного на карте, будто слепой щенок, потерявший материнскую титьку.

– О! Ты только взгляни! Полумахровые! А кайма, нет, ну ты видишь, какой нежный переход: от размытого бледно-сиреневого у центра, цвет, густеющий до почти черного и вновь стремящийся к жемчужным переливам у каймы! О! – эрна Умфрэйд самозабвенно ворковала над гостинцем от индарского коллеги, мало что замечая вокруг. Пожалуй, с Паленой Хайнри запросто можно было снять шкуру, пока она любовалась фиалками. Ну, во всяком случае, попробовать можно было, а там уж как сложится.

– Знаешь, как он называется? – взрыкивая от восторга, ролфийка чуть ли не щекой потерлась о нежные лепестки редкого цветка. – Тайна океана! В далеком море Тэйгенси, Ласковом море, лежит земля Блэйрнси – Цветущие острова… У подножия белых скал вода, пронзенная солнечными лучами, точно такого же цвета… О!

Как и любое дитя Морайг, эрну Хайнри в минуту сердечной радости потянуло на саги. Еще чуть-чуть – и нанюхавшись фиалок, Паленая Сука перешла бы на стихи. Но шуриа не звался бы сыном Змеиной луны, если бы, как то и водится за их племенем, все не испортил.