Доковыляв до душа, погрузился в его блаженство. Душ будущего – это нечто! Тут тебе и Шарко, и циркулярный, и Виши. Плюс различные лечебные добавки, да еще всевозможные полезные излучения, схожие по ощущению с массажем и физиопроцедурами, через полчаса выхожу словно заново родившийся.

– Прометей, держим связь через робота. Не скучай!

Надо отметить, что наши встречи проходили вечером и задерживались почти до трех часов ночи. Это время дом наверху находился под контролем давешнего робота. Он создавал шумы, как будто я был дома. Не думаю, что после моего демарша осталась прослушка, но поберечься стоило. Древний искин – это не «калаш»! За него башку открутят с особой жестокостью, да так, что и блокировка не поможет. И, предвидя это, мы шли на всевозможные ухищрения, лишь бы не раскрыть нашу тайну. Прометей передал мне шлем для связи, правда, шлем – это громко сказано, вернее, наушники, но это только на первый взгляд. Устройство Древних на самом деле было намного сложней: оно сканировало мозг и переводило его излучение в слова, а обратная связь осуществлялась, действительно, с помощью наушников. Так и происходило наше общение вне подземелья – шлем считывал мои мысли и передавал их Прометею, а у меня в наушниках слышался его ответ.

Такие тренировки, как сегодняшняя, проходили через день. Второй день был отдан медитации и тренировке в виртуальном мире. Надо признать, попав первый раз в кабину виртуального тренажера, я был готов удивиться. Но увиденное мной превзошло все ожидания. Искусственная реальность была неотличима от действительности. Настоящая боль, натуральные противники. Если не знать, то можно и утратить себя, как на Земле теряются в компьютерных играх. Я поблагодарил богов за то, что наша техника до этого уровня не дошла, иначе девять человек из десяти висели бы в ней до самой смерти. Про себя эти тренировки я называл учебными выходами. За два часа в виртуале можно прожить пару дней, и, поверьте, эти дни будут более чем насыщенными. Последнее время отрабатывал работу в группе и одиночные миссии, сконцентрированные на разведку и ликвидацию различных объектов: начиная от отдельных людей и заканчивая штурмом многоярусных укрепленных дотов. Оружие, применяемое в этих боях, было либо копией земного, либо местным аналогом.

Откровенно говоря, в виртуалке мои достижения были значительнее, чем в спарринге. Примерно две миссии из трех я доводил до победы. По словам искина, во мне живет хороший тактик. Со стратегией большие проблемы, но есть к чему стремиться. А потому – пробьемся!

Этим утром я проснулся с грустным настроением. Более полутора месяцев прошло с момента похорон Арна и Дины. Восемь недель – аналог земных сорока дней. Надел на себя выглаженный «комок», взял пистолет, засунул в чехол первый экземпляр опытного «АКМС», с огромным трудом получившегося из переделки многострадального «Вепря». Закинул рюкзачок с нехитрой провизией за спину и подался в сторону городских ворот. Но, остановившись, вернулся, взял пять дополнительных магазинов, пяток-другой гранат.

«Потом на стрельбище зайду, у меня всегда после посещения кладбища настроение падает, развеюсь. Ну и вообще, враг не дремлет!» И я быстренько добавил к уже надетому броник с защитой.

Солнце едва появилось на горизонте, и в городе было темно. У входа в дом стояли мои охранники. Их старший, увидев меня, не на шутку разволновался.

– Здравствуйте, виконт.

– Доброе утро, Барис, – ответил я на приветствие.

– Вы куда-то собрались? Могли бы предупредить, – попенял он мне.

– Девятая неделя…

– Да, конечно, понимаю. Подождите полчаса, я соберу группу для сопровождения. Да и остальные на кладбище подтянутся после завтрака.

Тоже мне, нашли VIP-персону. Так скоро и в сортир под охраной ходить буду. Нет, дал себе зарок, надо с прогрессорством побыстрей завязывать.

– Да куда я денусь? Здесь по прямой от ворот пара миль. Да и не хочу я ждать, это личное дело. А потом припрется толпа народу. Не хочу.

– Ясно. – Парень понял, что меня не переубедить. – Мы скоро вас догоним, только людей соберу. – Грэг! – крикнул он своему помощнику. – Дуй за Вондой!

– Хорошо, после кладбища хочу заскочить на стрельбище, поесть с собой возьмите, у меня на всех еды не хватит.

Развернулся и пошел к воротам. Сейчас, спустя некоторое время, город залечил раны, полученные в ходе сражения, и выглядел мирным. На улице изредка попадались ранние прохожие, спешащие по своим делам. Изредка я видел знакомые лица и здоровался с ними.

У ворот ко мне подошел смутно знакомый пожилой мужчина, оказавшийся старшим смены стражников.

– Здорово, Андрей!

– Здорово! Какие люди! Сегодня твоя смена? – Честно говоря, я не помнил имени этого человека, хоть и знал, что он сражался со мной в отряде Барна. Спрашивать было неудобно, и я ограничился общими словами.

– Нормально. Ты, поди, на кладбище?

– Да.

– Сочувствую твоему горю. – Эти простые слова были неожиданностью для меня. Казалось, чужой, в принципе, мне человек, а ему небезразлично горе другого. Странно, но приятно. В моем мире люди привыкли к общим фразам, и в них нет искренних чувств.

– Может, посидишь с нами, подождешь немного?

– Чего ждать? – удивился я.

Стражник замялся:

– Да туман, будь он неладен. С полуночи все затянуло, в городе его уже более-менее разогнало, а за стенами видимость не дальше десяти метров.

– Пока дойду, развеется!

– Ну, смотри. А так оставайся, у нас смена через час заканчивается. Дождешься первых выезжающих и с ними доедешь. Все не так скучно.

– Спасибо, но я лучше один, тем более что это ненадолго.