— Да? Тогда вот тут можно проехать, ни с одного поста не достанут, и вот тут, а еще тут и вот через огород бабы Вали. Товарищ лейтенант, проедьте по ее огороду, вредная старуха, ругает нас!

— За яблоками к ней лазите? — понимающе улыбнулся я.

Андрей молча кивнул.

Часам к семи, когда Андрей наловил десяток густерок, пользуясь сразу двумя удочками, прибежал Валера.

— Где товарищ командир? — спросил он.

— Тут я.

— Товарищ лейтенант, там еще наших летчиков привели.

— Сколько? — нахмурился я.

— Троих.

— Что с техникой?

— Одна машина уехала, но другая стоит, та, что кухню возит.

— Кухню? Какую кухню? — заинтересовался я.

— На колесах которая…

— Да я понял. Куда она ездит?

— Не знаю. Далеко, утром уезжает, в обед приезжает.

— Ин-те-ресная новость… Так, стемнеет через полтора часа, а пока давайте проработаем план, как мне незаметно пробраться мимо ваших собак в центр села, чтобы ни одна не гавкнула.

— Не знаю, — растерялся Валера.

— Беда, — покачал я головой в задумчивости.

— Немцы Трезора бабы Вали убили, гавкал он, спать коменданту мешал, там можно пройти, — вытащив из воды еще одну рыбину, откликнулся Андрей.

— Много собак постреляли? — спросил я у Валеры.

— Много. Шесть. У дяди…

— Ты мне лучше скажи, как пройти? — прервал я его.

— Не получится, товарищ командир, все равно на чужого гавкать будут. Их, конечно, по сараям попрятали, боятся, что немцы убьют, но все равно…

— Ну раз нельзя идти ночью, пойдем сейчас, на лай днем, я думаю, они внимания не обратят. Огородами пойдем…

В селе стояла рота охранного батальона с командиром роты в качестве коменданта. Я это определил по рассказам мальцов. Из всего состава в поселке находилось едва ли два десятка немцев. Те, что привезли Карпова, уже уехали, а вот сама рота, вернее, почти весь ее личный состав, куда-то подорвались рано утром, надо ли говорить, куда? Думаю, меня ищут или еще кого.

Сообщение о моей вынужденной посадке я передал открытым текстом, так что… Думаю, местные охранные части начальство накрутило нужным способом. Ой-ой-ой, что буде-ет! Не удивительно, что вследствие такого активного поиска местные каталажки у комендатур стали забиваться нашими окруженцами. И опять я виноват.

— …где это? — не понял я.

— Вот тут амбар старый, там никого нет, он дяди Игоря, а он на фронте. Дядя Игорь его давно хотел снести, дырявый он и трухлявый весь, вот-вот рухнет, но не успел. Там вас никто искать не будет, и до мастерской, где наших держат, всего сто метров. Там можно до ночи спрятаться, — пояснял на карте Валерка, с поддакиваниями Андрейки, который тоже комментировал рассказ, не выпуская из рук удочку. Он продолжал создавать атмосферу спокойствия и лени. Если кто посмотрит сюда, то не заметит ничего странного — ну мальчишка, ну рыбу ловит, обычный пейзаж.

— Ага. Подобраться к нему реально?

— Конечно. Сначала через огород бабы Юли, это вон тот, — показал он пальцем на плетень, огораживающий территорию приусадебного участка довольно большого дома. — У нее тыква растет, высокая, там ползком незаметно будет. Потом через плетень нужно перебраться, через улицу, вот там могут заметить, но мы на страже будем и скажем, когда никого не будет. Потом огородами дяди Кирилла, бабушки и потом участок дяди Игоря, а там уже амбар. Из него все видно — и площадь, и мастерскую.

— А вещи? — кивнул я на сложенные аккуратно вещи.

— Так мы и отнесем, кто что поймет? — подумав, сказал Валерка.

— Это вроде как с рыбалки идете?

— Ну да. В котелок рыбу, сидор на плечо, а плащ-палатку свернем. На нас никто и внимания не обратит, тут многие так ходят!

— Ну если только не поймают. Вот что. Вы сперва вещи отнесите, обстановку разведайте, а я подожду. Потом и двинем.

Все получилось так, как мы и планировали. Просчитались только с одним. Был вечер, дневной зной спал, и жители вышли в огороды.

В общем, меня два раза полили и чуть не пропололи мотыгой — бабка подслеповатая попалась. Когда я добрался до амбара, мокрый и злой, меня там уже ждали мальчишки, причем все трое тихонько ухохатывающиеся в кулачки или ладони. Мои перекаты и прыжки по огородам они видели хорошо, думаю, впечатлений набрались на всю жизнь.

— Да-а, на полосе препятствий хуже было, — рухнул я на прошлогоднюю солому.

— Комендант, — сразу тихо сказал Андрей.

Амбар действительно был весь дырявый и просматриваемый насквозь, так что приходилось перемещаться по нему по-пластунски.