— Долляры есть? — спросил один из них с необычным певучим акцентом.

— Есть.

— Мне нужьны специальные долляры, я… собирать. Collector.

— В смысле? — удивилась Люда.

— Я собирать букфы! — Молодой человек ослепительно улыбнулся, достал из нагрудного кармана пиджака сто долларов, на пальце сверкнул диковинной формы перстень — длинный, прикрывающий фалангу. Люда еще подумала, что очень неудобно ходить с таким перстнем, во-первых — цепляется за все, а во-вторых — некомфортно пальцу, он фактически не сгибается.

— Вот, смотреть! — «Пакистанец» развернул стодолларовую купюру и потыкал пальцем в строчку с контрольными буквами. — Мне нужен купюры с букофами «си» инглиш.

И молниеносным круговым движением кисти молодой человек кинул стодолларовую купюру в лоточек для передачи денег. В ушах противно зазвенело, сердце словно взлетело и забилось где-то в горле. Люда подняла глаза с купюры и уставилась на «пакистанцев». Они спокойно и даже чуть насмешливо смотрели на нее своими миндалевидными бархатными глазами.

«Чисто восточные принцы», — подумала Люда и взяла купюру. Разглядывала ее долго, кинула обратно в лоточек. А дальше случилось то, чему она не могла найти объяснения и оправдания. Люда вытащила из кассы пачку стодолларовых купюр, развернула веером. И положила в лоточек.

— Поищите сами, я не очень пойму, чего вам надо.

Молодой человек кивнул, взял купюры, повертел в руках, рассматривая каждую, вздохнул, вернул обратно.

— Ньет. — И сокрушенно покачал головой. — Ньет у вас таких букоф.

Люда убрала деньги в кассу. Когда подняла глаза — окошко было пусто. В лоточке для передачи денег лежали пятьдесят рублей.

— На чай оставили, — удивилась Люда, — только зачем? Вроде ничем помочь я им не смогла.

К часу приехала пересменка. Люда забрала свои деньги и села в уголок — сводить кассу и заполнять сопроводительную документацию. Вот тут все и открылось. Сначала девочки наблюдали расширившиеся от ужаса Людины глаза, потом истерику, потом всем миром снова пересчитывали деньги. Две тысячи четыреста долларов будто корова языком слизнула.

Люда вытащила кошелек, выгребла оттуда тысячу пятьсот пятьдесят рублей и кинула в кассу. С надеждой еще раз пересчитала деньги. Недостача сократилась ровно на двадцать шесть центов. [11]

Прилетевшая по скорбному зову из банка О. Ф. застала съезд древнеегипетских плакальщиц в самом разгаре. За короткие полчаса девочки добросовестно выплакали себе все глаза. В обменнике густо пахло тушеной капустой — от пережитого шока у Люды резко поднялась температура и довела капустные листья в бюстгальтере до готовности. О. Ф. пораскинула мозгами и быстро вычислила, куда утекли деньги. Люда с вселенским воем призналась, что таки да, после того как «пакистанец» вернул ей доллары, она их, не пересчитывая, положила в кассу.

— Ну как же так, — разводила О. Ф. руками, — мало того что ты в нарушение всех правил выдала валюту не пойми кому, так еще не стала пересчитывать, когда забрала обратно?!

— А он ничего с нею не делал, просто повертел пачку в руках и вернул мне.

— Как повертел?

Люда хотела ответить, но вдруг осеклась. Резко упала лицом, потускнела губами.

— Как фокусник вертел, — прошелестела. — Повернет купюру, продемонстрирует мне, мол, вот она, на месте, и берется за другую.

— Как давно они ушли?

— Часа три точно.

О. Ф. молча выскочила, громко хлопнув тяжелой дверью. Какое-то время ходила вокруг обменника мрачнее тучи. Истово ходила, не останавливаясь. Девочки, обливаясь слезами, следили за ней в два обменниковых окошка. На автомате обменивали деньги. Молчали, да и что тут скажешь?

На каком-то очередном вираже О. Ф. притормозила, подлетела к окошку, дыхнула в лоточек для передачи денег:

— Милицию вызывать не будем. Во-первых, никого они не найдут, только нервы нам будут трепать. А во-вторых, если вызовем милицию — о недостаче узнают в банке. Тогда это горе горькое уволят с концами!

Люда брызнула благодарственными слезами — она и не надеялась, что О. Ф. оставит ее на работе. О. Ф. глянула на свою бедовую подчиненную жалостливым взглядом, покачала головой.

— Тебе есть где деньги занять?

— Нету!

— Йоптвоюмать!

Ринулась дальше наматывать круги. Пока О. Ф. придумывала многоходовую комбинацию спасения Люды, девочки шепотом совещались. Сбережений вскладчину оказалось кот наплакал, долларов двести, зато Добытчица Наташа вспомнила про свою знакомую, челночницу Зину.