Строители «порхнули» из салона в густую лесополосу, а Сергей, потягиваясь, как мартовский кот перед походом на бастионы невинности женской половины хвостатого рода, направился к капоту машины, где звенел ключами Михалыч.

— Что тебе надо — железка проклятая?! — возмущался прораб, проверяя затяжку всех, видимых взору, болтов и гаек.

Видя такие познания начальника в технике, Лысенко понял, что без его вмешательства, машина дальше не поедет.

— Михалыч, ты свечи давно менял? — оттесняя в сторону могучую фигуру прораба, спросил он.

— Так ещё ни разу. Я этой весной купил новые, и они до сих пор валяются под сиденьем. Времени нет заменить. А что это в них причина?

— Похоже на то. Давай, неси — заменим! — Сергей закатал рукава и принялся «колдовать» в «движке».

Через полчаса двигатель послушно заурчал. Собравшийся у капота консилиум, восторженно приветствовал успешную реанимацию машины. Михалыч уважительно похлопал «доктора» по плечу и сказал:

— Я вижу, ты у нас приживёшься. Такие специалисты всегда нужны.

Ближе к вечеру строители стали с беспокойством поглядывать в окна на дорожные указатели, и Валентин, наконец, спросил прораба:

— Михалыч, мы не к Чернобылю случаем направляемся?

Тот посмотрел на часы, затем хмыкнул в усы и сдался:

— Возле Периметра Зоны отчуждения стоит украинская часть. Мы будем строить там какую-то пристройку к казарме. Это взятка чтобы сын нашего хозяина не пошёл в армию.

В салоне повисла гнетущая тишина. Строители поглядывали друг на друга — восторга в их лицах, почему-то не наблюдалось. Сазаныч с ужасом произнёс:

— Николай, там же радиация?!

Прораб, выключая магнитофон, со злостью рявкнул:

— Какая к чёрту радиация! Это тебе не возле станции работать, а за полсотни километров от неё! Там солдаты живут и не кашляют! Тем более от меня ничего не зависит — приказ хозяина!

— И чего я на заправке не сбежал? — поник головой Сазаныч, шмыгнув своим колоритным, красным носом.

До самого Опорного пункта все молчали. Каждый думал о своём и прекрасно понимал, что выбора у них всё равно не было.

На место приехали глубоко под вечер. Дежурный на КПП созвонился со штабом, и вскоре к машине подошёл коренастый офицер с синюшным лицом запойного алкаша. Как позже выяснилось, спиртное он вообще не употреблял, а тело было таким из-за болезни сосудов.

Бригада стояла у капота машины и с ужасом поглядывала на другую сторону от шлагбаума, хотя ничего необычного там не наблюдалось, кроме колючей проволоки и вооружённых солдат.

— Нам нужна небольшая пристроечка с коридором и четырьмя комнатами, — пробубнил майор украинской армии в линялой гимнастёрке, на которой в районе подмышек, образовались довольно большие влажные от пота разводы. — Да, и в каждой комнате нужно установить железные двери со смотровыми окошками, — добавил служивый.

— Я надеюсь — бумаги есть?! — почесал переносицу прораб.

— У меня в кабинете архитектурный проект. С подводкой электроэнергии только проблемы. Пойдёмте, обсудим! Пусть ваши люди немного здесь осмотрятся…

— Тьфу, чёрт! Я как раз недавно электрика попёр из бригады, — Михалыч насупился и последовал за майором к КПП.

Пока Михалыч обговаривал с майором детали грандиозной стройки, Сергей, последним покинувший салон автомобиля, оглядывал местный пейзаж. Добротное двухъярусное КПП своим шлагбаумом перекрывало асфальтированную дорогу, спускающуюся в большую низину, а потом резко скрывавшуюся за холмом в редком лесочке. От КПП, перпендикулярно дороге, в одну и другую сторону, до самого горизонта, тянулись заграждения из колючей проволоки. С северной стороны «колючки» ширился глубокий ров. Перед ним, примерно пятидесятиметровая полоса пестрела табличками с надписью «МИНЫ». Справа, по эту сторону пропускного пункта расположилась низенькая, но длинная казарма с новой пристройкой, в которой, по-видимому, находился штаб. Слева, возле высокой деревянной вышки, в бетонном капонире, «покоился» БТР с крупнокалиберным пулемётом, укрытый маскировочной сетью. Кругом, несмотря на жару, все вояки были в бронежилетах и с оружием, что никоим образом, не создавало впечатления зоны курортов активного отдыха.

Вернулся прораб темнее тучи. Пристально из-под лобья осмотрел своих подчинённых, зло сплюнул и наконец, спросил у Сазаныча:

— Ты проводку сможешь положить?

— Я? — округлил глазёнки строитель.

— Ты ж постоянно своему собутыльнику Ваське-электрику помогал: кабеля придерживал, шурупы крутил… — Михалыч умолк, глядя на вытянутое в недоумении лицо Сазаныча.

— Если нужно — я могу! — предложил Сергей. — И проект, и укладка — не проблема. Нужен компьютер с интернетом, план здания…

— Отлично! — воспрянул духом прораб. — У майора всё есть! Правда? — окрылённый познаниями нового работника, обратился к военному Михалыч.

Подошедший минуту назад офицер утвердительно кивнул и предупредил:

— Строительство желательно не затягивать! Скоро Выброс!

— Будет сделано в кратчайшие сроки, товарищ майор! — рявкнул наш прораб, едва не щёлкнув каблуками, и тут же переключился на подчинённых. — Так, хлопцы. Кормить вас будут из армейского котла. Жить придётся в казарме с солдатами. Стройматериалы завезены, бетономешалка имеется. План пристройки получите у офицера. Ну, а дальше — знаете что делать. Николай, остаёшься за старшего! У меня дел по горло… — Михалыч сунул немного денег пожилому каменщику с густой седой шевелюрой, прокомментировал, — На всякий случай, — хлопнул дверью «Газели» и ударил по газам.