— Моего мужа… но моего мужа нет сейчас. Служба внутренних доходов? Группа криминальных расследований?

— Именно так, мадам.

Лаура перевела взгляд на Мельроуза и снова посмотрела на Тэка не то с искренним недоумением, не то чертовски хорошо его изображая. Тэк уже встречался с таким. За десять лет службы он многого навидался. Изумление, смятение, потрясение — они могут быть вызваны как неожиданностью разоблачения, так и столкновением с чем-то новым.

— Что имеется в виду? — спросила Лаура и повернулась к Мельроузу. — Вам что-то стало известно о Джеффри?

— Не о его местонахождении, — ответил Мельроуз. — Но о причинах, которые могли заставить его исчезнуть.

Казалось, это еще больше напугало Лауру. Глаза ее еще больше расширились, когда она перевела взгляд на Тэка. Он видел, как судорожно работают ее мысли, хотя и не мог догадаться, в каком направлении.

— Почему он исчез? — простодушно спросила она.

Тэк посмотрел мимо нее. Ему хотелось взглянуть на внутреннее убранство дома.

— Вы нам позволите войти? Здесь довольно холодно.

Словно опомнившись, она поспешно отошла в сторону.

— Конечно. Простите. Пожалуйста, входите.

Тэк пропустил вперед Мельроуза, так как тот уже бывал здесь. Раздевшись в прихожей, они последовали за ней в гостиную. Лаура указала на диван:

— Садитесь, пожалуйста, и расскажите мне, в чем дело. — Сама она, впрочем, не села, а остановилась за обитым креслом, с такой силой вцепившись в его спинку, что побелели пальцы. — Детектив Мельроуз, — торопясь произнесла она, но Мельроуз повернулся к Тэку.

Тот следил за Лаурой самым внимательным образом. Первые реакции могли о многом говорить.

В течение последних нескольких месяцев дела вашего мужа тщательно изучались Службой внутренних доходов…

— Изучались? — прервала Лаура. — В связи с чем?

— С налоговым мошенничеством.

Взгляд ее остановился, потом она моргнула и чуть склонила голову вперед, словно не расслышав.

— Простите?

— Налоговое мошенничество, — повторил Тэк, уже начиная понимать, что потрясение ее искренне, а потому пояснил: — Расследование началось со случайного чека на 1040 долларов, отправленного из местного почтового отделения. Налогоплательщик не соответствовал группе, в которую, по его утверждению, он входил, поэтому компьютер вернул нам его формуляр, чтобы мы взглянули. Выяснилось, что вопреки тому, что Служба внутренних доходов регулярно получала от налогоплательщика деньги, он уже три года как мертв.

Лаура нахмурилась:

— Но какое отношение квитанция об оплате налога, посланная из почтового отделения, имеет к моему мужу?

— Мы проверили это почтовое отделение при помощи компьютера и обнаружили еще десять квитанций, отправленных оттуда же. И те десять налогоплательщиков тоже оказались мертвецами.

— Но какое это имеет отношение к Джеффри?

— Почтовый ящик арендован на его имя.

Лаура вздрогнула.

— Хорошо. О'кей. — Пытаясь собраться, она провела в воздухе дрожащей рукой. — Но это еще не означает, что он замешан в мошенничестве. Кто-нибудь другой мог арендовать ящик, воспользовавшись его именем. Или кто-нибудь посторонний мог загрузить его компьютер ложными сведениями. Джефф не проверяет каждого клиента, входящего в его кабинет. Если кто-то присваивает себе чужое имя, невозможно узнать, что обладатель этого имени мертв.

— И так одиннадцать раз? А возможно, и более, если наши подозрения подтвердятся. Мы предполагаем, что он мог пользоваться не одним почтовым отделением. Сейчас моя группа как раз занимается этим.

— Несколько ящиков? А что вас заставляет так думать? — Ее недоверие теперь сменилось негодованием, словно все это представлялось ей настолько нелепым, что она отказывалась всерьез задумываться над этим.

Но Тэк не был сумасшедшим. У него были веские основания, чтобы завести дело.

— Возвращенные чеки. На разные суммы — от восьмисот до двенадцати тысяч долларов, внесенные на ваш счет в течение февраля, марта, апреля и мая. И это только за этот год. Мы не знаем, что было сделано за предшествующие годы.

— Мой счет, — это был не вопрос, а утверждение. — Вы изучали мой счет?

— Мы имеем на это право.

— Не ставя меня в известность?

— Не ставя вас в известность и без какого-либо ордера. Это абсолютно легально и входит в сферу наших прав. Полагаю, что банк сообщил вашему мужу о нашей деятельности, он испугался и, — Тэк сделал жест рукой, — сбежал.

Лаура смотрела на него в полном недоумении. Затем она опустила глаза, прижала пальцы ко лбу, снова посмотрела на Тэка и поднесла руку к губам. Тэк заметил, что губы у нее не накрашены, хотя на лице остались легкие следы косметики. На ней были джинсы и свитер, и выглядела она моложе тридцати восьми — возраста, указанного в полученном Тэком досье. По крайней мере, трудно было поверить, что ее сын уже учится в колледже.

А еще через мгновение вид ее стал совсем юным, и невозможно было даже представить себе, что она владелица ресторана и замужем за парнем, совершившим мошенничество. Она казалась беспомощной, абсолютно растерянной двадцатилетней девушкой, и хотя Тэк повторял себе, что все это может быть лицемерием, верить в это становилось все труднее.