— Мне не нравится тут. Здесь холодно. К тому же слишком много дурных воспоминаний. Если хочешь, поживи тут.

— Спасибо. Но где живешь ты?

— Я? У Юлиана, — ответила она. — Он заботится обо мне.

— Это тот человек, который был с тобой на кладбище?

Она вздрогнула и сердито посмотрела на него:

— Ты там был?

— Да, — согласился он.

— Ты следил за нами?

Мысль показалась ему странной. Почему он должен был следить? У девчонки явно немного вывихнуты мозги…

— Нет, — покачал он головой. — Я оказался там случайно. Чтобы понять город, надо познакомиться с его прошлым. У этого места ведь есть прошлое?

— Не знаю. Я здесь недавно…

Она снова встала.

— Ты не возражаешь, если я оставлю тебя? Мне надо найти одну вещь…

— Конечно, — сказал он. — Я пока поставлю чайник.

— Ты чем-то похож на Юлиана. — Слабое подобие улыбки скользнуло по ее губам. — Он тоже все время пьет чай и ведет задушевные беседы.

Ему совсем не понравилось это сравнение. Этот человек, Юлиан, сам напоминал ему… кладбище. И еще — он чувствовал в нем врага. Сказать об этом? Почему-то он не решился — было страшно, что девочка обидится и уйдет. Ему не хотелось, чтобы нить взаимной симпатии и понимания между ними вдруг оборвалась.

— Я не хочу быть похожим на кого-то…

— Хорошо, если честно, ты нравишься мне больше Юлиана. Потому что с тобой чувствуешь себя спокойнее…

«Так оставайся со мной, потом вместе придумаем, что нам делать», — хотел сказать Игорь, но удержался.

Да, девочка нравилась ему. Но сможет ли он дать ей то, на что рассчитывает каждый ребенок?

Сможет ли он защищать ее?

Этого он не мог сказать с уверенностью. Может быть, этот скользкий, как змея, Юлиан более устойчиво стоит на земле, чем неудавшийся человек по имени Игорь…

Хотя это все равно не могло быть основанием для симпатии.

Игорю по-прежнему не нравился этот странный Юлиан.

За окном шел снег. Первый снег, подумал он. Еще не сбросили листву деревья, а снег уже торопился утвердиться в правах. Впрочем, Игорь не удивился бы, узнав, что тут это ВСЕГДА — деревья не сбрасывают вечнуюлиству, а снег идет, когда ему захочется.

Как сейчас.

Смешанный с дождем, колючий, он почти скрывал под своею завесой крышу соседнего дома.

Игорь накрыл заварочный чайник салфеткой. Заглянув в холодильник, он удивился.

Еще вчера холодильник был пуст — не было ничего, кроме двух засохших кусков сыра.

Теперь, как по мановению волшебной палочки, там было все, что угодно.

— Чертовщина, — пробормотал Игорь, озадаченно почесав в затылке.

Девочка появилась на кухне, сжимая в ладонях что-то крошечное.

— Ну, вот и все, — проговорила она. — Теперь я могу освободиться от этого дома, да?

— Тебе хочется?

Ему не хотелось, чтобы она освобождалась. Потому что теперь здесь был он. И ему тут будет пусто и одиноко.

— Хочешь, я буду приходить? — поняла она его без слов. Будто умела читать мысли.

— Хочу, — кивнул он, глядя прямо в ее голубые глаза.

— Значит, буду. Где твой чай?

Она уселась за столик, наблюдая, как он разливает чай в стеклянные прозрачные чашки.

— Кстати, мы не познакомились. Меня зовут Игорь. — Он протянул ей ладонь.

Она улыбнулась и доверчиво вложила в его большую руку свою — маленькую, с хрупкими пальчиками.

— Даша. Но друзья и близкие зовут меня Душкой.

Он вздрогнул.

«Спасите душу…» «Спасите Душку…» «СТАРАЯ ПУСТОШЬ»!

Мальчик.

Его лицо всплыло в памяти.

Игорь чуть сильнее сжал ладонь Душки. Девочка подняла на него удивленные глаза.

— Что с вами?

— Ничего. Просто много необъяснимых совпадений. Понимаешь, по дороге сюда я встретил…

Он замолчал. Сейчас история снова показалась ему дикой, неправдоподобной, странной!

Он не стал продолжать, боясь показаться смешным.

— Ну? — спросила девочка, ожидая продолжения.

— Так, ничего… Если ты позволишь, я расскажу тебе эту историю как-нибудь потом. Согласна?

Она кивнула:

— Ладно. Бабушка говорила, что нехорошо приставать к людям с бестактными расспросами.

Они пили чай молча, лишь изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Только смотрели друг на друга, как бы примеряясь, пытаясь понять, как следует себя вести.