Вой от простреленных ног, удары рукоятками пистолетов по головам — и за несколько секунд решился исход схватки.

Из окошка кареты выглянула заплаканная Мила, захныкал Колька. Виктор кинулся к ним. Обнаружил, что она привязана к крюку. Быстро освободил ее от пут и прижал к груди вместе с ребенком.

— Все позади, милая, — успокаивал он плачущую навзрыд жену. — Больше такое не повторится. Никогда! Завтра же с воинами отправлю тебя обратно на плато. Заберешь к себе снова Виталика, и будете там ждать моего возвращения. Хорошо?

— Я без тебя не хочу возвращаться, — плакала Мила. — Я с тобой останусь.

— Нет. Как видишь, это опасно. Дальше я один тут поработаю. А пока, постарайся успокоиться и поспать до утра. Договорились? Я позже к тебе подойду. Только побеседую немного с похитителями и приду к тебе.

— Ты их убьешь? — встревожилась Мила.

— Нет, что ты? Побеседуем только. Потом отпущу и вернусь сюда.

Виктор закрыл дверцу карету, приставил к ней четверых бойцов и направился к корчащимся от боли похитителям.

— Парни, аккуратно перенесите их подальше в лес.

— А чего это аккуратно нести, — засверкал глазами капитан.

— Будут орать. От того. Несите аккуратно.

Перенесли их метров на двести в сторону, там тоже разожгли костер, и штабелями положили рядышком друг с другом. Кровь, текущая из простреленных во многих местах ног, заливала траву у костра.

Виктор обратился сразу ко всем пятерым:

— Я знаю, вы профессионалы. Прекрасно понимаете, что все вы будете мертвы. Но у вас остается один маленький выбор: умереть в мучениях или сразу, без мучений.

— Что взамен? — прохрипел один из них.

— Только скажите: кто конкретно заказал похищение, и все.

Настало молчание.

— Вы выбираете страдания? — начинал злиться Виктор.

— Нет, — прохрипел тот же убийца. — Скажу.

— Слушаю.

— Заказали Кренсойр и Эрхилл.

— Кто такие?

— Знатные дворяне Гордана.

— Зачем похищали?

— Этого не сказали. Только нужно было на несколько дней их спрятать в лесу и сообщить им об этом. Обещали за это пять сотен золотых.

Виктор кивнул:

— Хорошо. Вы теперь заработали быструю смерть. — Достал пистолет и, приставляя каждому из них к правой стороне груди, перестрелял всех пятерых.

Утром, как договаривались, Виктор зашел в здание партии, поднялся на второй этаж. Екатерина беседовала с десятком посетителей. Увидев Виктора, одного из них взяла за руку и подошла к нему.

— Здравствуй, Виктор. Что-то неважно выглядишь. Плохо спалось?

— Можно и так сказать, — усмехнулся Виктор. — Ты привела того, о ком говорила?

— Да. Познакомься. Его зовут Герлой. Активный член нашей партии. Много мне помогает, хорошо язык наш знает. И человек порядочный.

— Рад познакомиться, Герлой. Меня Виктором зовут.

— Кто же не знает тут, как тебя зовут? — засмеялся мужчина, по глубоким складкам на лице которого видно было, как много пережил человек лиха.

— Раз познакомились, давай пройдем куда нибудь в сторонку и поговорим по душам.

— Можете пройти в мой кабинет, Виктор, — предложила Екатерина.

Поблагодарив ее, Виктор повел нового знакомого в кабинет. Расселись.

— Я просил Екатерину познакомить меня с человеком, которому могу доверить очень важное дело, — заговорил Виктор, как сели друг против друга. — Видишь ли. Коротко говоря, в нашей стране считается, что храмовники вред наносит людям. Мы хотим, чтобы со временем вы тут жили, как мы там живем. Значит, со временем и тут не будет никаких храмов и жрецов. Но это потом будет. А пока собираемся просто ослабить их влияние на граждан. Ты, наверное, заметил, что в последнее время такое началось.

Герлой кивнул:

— Все заметили.

— Так это моих рук дело.

Герлой от этих слов опешил.

— Не может быть!

— Виктор хитро улыбнулся:

— Хорошо получилось, правда? Нужно только умно направлять и манипулировать их тупостью и жадностью. Всякое можно внушить. Немного фантазии использовать, чтобы сочинить нужную сказку в нужное время, и они сделают все то, что их опорочит в глазах остальных.

— Выходит, это ты заставил их погнать горожан в горы? А сбор податей тоже твоя затея? — продолжал удивляться Герлой.