— Жив! — воскликнул Сергей, прижимая его в объятиях. Тот только охнул.

Пять плененных вождей, десять тысяч истребленных врагов — вот исход короткой войны у стен горданской крепости. А тем временем открывались ворота этой крепости и высыпали оттуда жители, спасенные от лютой смерти.

К Сергею подбежал высокий воин в сверкающих доспехах. Он церемонно что-то лопотал на своем языке. Видимо, слова благодарности. Сергей только покивал ему, мол, нет проблем, приказал передать в крепость плененных вождей орды и готовиться возвращаться домой.

Вскоре рать повернула на север.

Весть о чудесном спасении крепости Говела войском новой Руси, мигом разнеслась по Гордане, перенеслась в Эритрею. Только Бердиона огорчила весть, что спасенная крепость решила поднять вместо штандарта с его гербом, красный стяг с белым треугольником. Все же остальные, от мала до велика рассказывали друг другу всячески приукрашивая, как там все случилось. В рассказы вплетались и боги, и мифические герои, и легендарные монстры. Словом, зародился еще один миф о непобедимости недалекой страны, их союзника. Теперь каждый мог спать спокойно, уверенным, что ничто им и их детям не грозит.

Виктор тоже пожинал кусочки от плодов этой славы. Все прохожие с восторгом оглядывали его, когда он проходил мимо. Но зато плачевным стало положение жрецов Сонары. После того, как город под их пророчество полностью опустел и жители несколько дней страдали в пещерах, рискуя быть растерзанными хищниками, а никакого нашествия на Сонару не произошло, возвратившись, граждане обнаружили, что многие их дома разграблены. Разъяренная толпа пошла приступом брать запертые округлые двери, бросать в открытые проемы камни. Один из таких камней долетел до чаши со ртутью и вдребезги разбил ее. Ртуть потекла по мрамору пола.

Стражникам еле удалось разогнать разбушевавшуюся толпу.

Напуганные до смерти жрецы забились в уголок, и какой день боялись высунуться на улицу.

Виктор набрал в корзину еду и пошел в храм. Наконец, ему открыли дверь и поспешили за ним запереть.

Виктор сидел рядом и смотрел, как они жадно едят, что он принес. Не приди он совсем, умерли бы с голоду.

— Почему так вышло с пророчеством? — жалобно захныкал жрец с полным ртом.

— Видимо, не чист ты был, как говорил, — резонно обвинил Виктор. — Тебе казалось, что ты чист. А на самом деле грешен перед Буд.

«Грешник» понуро опустил голову.

— Буду с утра до ночи молиться, чтобы простил меня великий Буд.

— Я думаю, не этого теперь нужно Буду.

— А что? — оживились жрецы. — Что нам нужно делать, чтобы грехи свои удалить?

— Буд желает дани. Их мало дают прихожане. А грех на вас ложится. Мало требуете от прихожан жертвенности.

— Но… в сундуке много золота! Разве мало собрали?

— Конечно! Идите в народ и требуйте больше золота. Буд требует от вас работы.

— Нет, мы не выйдем в народ. Они нас убьют.

— Никто вас больше не тронет, если с вами будут ходить стражники. Я скажу им, чтобы вас охраняли.

Жрецы оставили корзину и с благодарностью пали к ногам Виктора.

— Перестаньте! — рассердился Виктор. — Больше так не делайте. А я сейчас приставлю к вам стражу. Берите сумы. Пока не заполнятся золотом, грех не будет вам прощен великим Буд.

Виктор на улице поймал первых попавшихся под руку двух стражей с нелепыми алебардами и приказал сопровождать служителей храма, чтобы никто их не обидел.

— А накричит или, еще хуже, руку подымет, арестовывайте.

Стражники понимающе покивали.

Справившись и с этим провокационным делом, Виктор прямиком направился к огромному двухэтажному дому, где обустроилась местная партия.

В дверях стояла охрана. При его приближении все трое вытянулись, а один из своих козырнул.

— Екатерина здесь?

— На втором этаже.

Виктор прошел по ступенькам на второй этаж. В соседнем большом зале на скамьях сидели человек сто. Виктор из двери видел как Катя, распаляясь, говорила им о законах новой Руси. Говорила по-русски. Значит, все они уже понимают ее! Ай да Катя!

Виктор помахал ей; заметила, и тут же забыв о целом зале слушателей, с восторгом побежала к дверям.

— Здравствуй, Виктор! — вскричала она на весь дом. — Слышала, ты тут с Милой. Почему не заходите?

— Я тут слегка занятым стал, Катя. А Мила же с ребенком. Не может его одного оставить. Так что, ты сама к ней заходи. Для того и пришел, чтобы пригласить.

— Где вы живете?

— На площади гильдии. Сиреневый дом. Там охрана стоит. Не ошибешься.

— Обязательно зайду!