Дразнить Константина Романо — дело опасное.

Не успела она и глазом моргнуть, как он сорвал с нее одеяло и уставился на нее глазами, полными чувственного голода. Ее тонкая ночная сорочка больше открывала, чем скрывала.

Константин не торопился. Он медленно изучал ее грудь с проступившими через ткань бутонами сосков, говорящими о силе ее желания. Он заметил это. Разве могло быть иначе? Затем его взгляд скользнул вниз по ее животу.

Он поднял руку, и на мгновение ей показалось, что он собирается к ней прикоснуться. Сорвать с нее ночную рубашку, так же как поступил с ее платьем на автозаправке. Затаив дыхание, она стала ждать.

Ожидание оказалось напрасным. Он до нее не дотронулся. Его ладонь замерла над ее грудью, затем повторила в воздухе путь его взгляда. От нее исходило тепло, и тело Джианны отреагировало так, как если бы он к ней прикоснулся.

Она думала, что ее охватит страх, но этого не произошло. Она испытывала только сексуальное желание. Ее грудь налилась, в низу живота вспыхнул огонь.

— Я не боюсь, — пробормотала она с облегчением. — Нисколько.

Константин замер.

— Это ошибка.

Джианна улыбнулась.

— Чудесная ошибка. — Взяв его ладонь, она прижала ее к своему телу. — Коснись меня так, как мужчина касается женщины.

Константин выполнил ее просьбу. Он провел кончиком пальца по ее ключице, затем по холмику груди. Ее соски заныли в ожидании его ласк. Словно почувствовав это, он спустил бретельки ее ночной рубашки и обнажил их, затем накрыл один ртом и слегка прикусил. У нее захватило дух, голова запрокинулась. Когда он переключил внимание на второй сосок, она запустила пальцы в его волосы и простонала.

— Разве это может быть ошибкой?

Константин отстранился, но лишь для того, чтобы взять в ладони ее лицо. Затем он наклонился и поцеловал ее в губы, заставив забыть обо всем, что было до сих пор. Джианна ответила на его поцелуй. Разве могло быть иначе? Она хотела этого так же, как и он. Может, даже больше. Она прождала его почти два года и не хотела больше терять ни минуты.

— Займись со мной любовью, — попросила она.

К ее разочарованию, Константин покачал головой.

— Нет, Джианна.

— Но…

Он снова ее поцеловал, не дав ей договорить.

— Похоже, наркотик, который подмешал тебе в шампанское д'Анжело, все еще действует.

— Все уже прошло. Правда.

— Ты испытала сильное потрясение и только что пробудилась от кошмара. Это делает тебя уязвимой, а я не пользуюсь уязвимостью женщин.

— Даже если женщина, о которой идет речь, тебя сама об этом просит? Можешь приступать, Константин. Я вся твоя.

— Ты хочешь, чтобы я пошел на компромисс со своей честью?

Джианна закрыла глаза. Будучи Данте, она с ранних лет знала, какое большое значение имеет честь.

— Ну, если смотреть на ситуацию с этой стороны…

— Других сторон нет и быть не может, — произнес он тоном, не терпящим возражений.

Джианна не могла спорить о таких вещах, как мужская честь. Она много значила как для Романо, так и для Данте.

— Ты хотя бы обнимешь меня?

— Это пожалуйста. — Накрыв ее одеялом, он снова лег рядом с ней и заключил ее в объятия. — Так лучше?

— Лучше, чем ничего.

Мягко рассмеявшись, он поцеловал ее.

— Поцелуи д'Анжело стерты с твоих губ, так что можешь спать спокойно.

— Почему вы с Дэвидом так друг друга ненавидите? Он мне сказал, что это старая история.

На щеке Константина дернулся мускул.

— Значит, вот как он это назвал?

— А как ты это называешь?

— Думаю, тебе после сегодняшнего инцидента проще ответить на этот вопрос.

Джианна напряглась.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Как бы ты назвала то, что он попытался сегодня с тобой сделать?

Она не захотела произносить вслух грубое слово.

— Подожди-ка… Ты говорил, что он уже делал такое раньше. Кому еще он подсыпал наркотик?

— Ариане.

Джианна резко поднялась в постели.

— О нет, Константин. Только не Ариана.

— Все в порядке. Я нашел ее.

Она разразилась слезами.

— Бедняжка Ариана пришла бы в ужас, если бы вернувшись из Италии, увидела меня с ним. Я бы не стала с ним встречаться, если бы все знала. Я заставлю его заплатить за то, что он с ней сделал. Клянусь.