— Деточка.

Мак вбежала в его объятия, прижалась лицом к его плечу.

— Я думала, ты не сможешь приехать.

— Как я мог пропустить свадьбу моей малышки? — Он чуть отступил, расцеловал ее мокрые от слез щеки. — Какая ты красавица!

— Папа. — Мак положила голову на его плечо, нашла взглядом Паркер, заморгала, смахивая слезы, и беззвучно прошептала: — Спасибо.

«Не ошиблась», — понял Малком и, ухватив с подноса второй бокал шампанского, протянул ей.

— Отличная работа, Классные Ножки.

Паркер взяла бокал, вытащила из кармана салфетку, чтобы промокнуть глаза.

— Как всегда.

Снег выпал, пушистый и прекрасный. К полудню парковка и дорожки были расчищены. В семейном крыле главного дома невеста наслаждалась каменным массажем — подарком подруг ко дню свадьбы.

Эмма превзошла самою себя. Чудесная зимняя сказка, созданная ею и ее помощницами, плавно перетекала из заснеженного парка через увитый гирляндами портик в вестибюль и на лестницу, обрамленную фантастическими деревьями с цветущими на ветках белоснежными пуансеттиями.

Высокие толстые свечи, как часовые, охраняли широкий дверной проем Большого зала. Собранные по три, они возвышались на кремово-белых пьедесталах, увитых бесчисленными яркими соцветиями. Зажженные свечи и венки со струящимися длинными белыми лентами украшали все окна.

Паркер ни на минуту не выбилась из графика, как закаленный полководец, готовящий самую главную военную кампанию своей карьеры. В удобных кроссовках она все утро словно перелетала из г зала в зал, с этажа на этаж, отдавая приказы, подбадривая, похваливая.

Дел остановил это бесконечное движение, ухватив ее за плечи.

— Ты свалишься с ног еще до того, как все начнется. Передохни. Мне казалось, что сегодня тебя заменяет Моника из свадебного салона.

— Она и Сюзан приедут через полчаса. Текущий статус Картера?

— Полная боевая готовность, мой генерал.

— Дел, я серьезно. Ему что-нибудь нужно? Если вы полночи пьянствовали и резались в покер…

— Мы сунули его в постель ровно в двенадцать тридцать, как было приказано. Остальные продолжали пьянствовать и резаться в покер.

Паркер прищурилась, но никакого криминала в глазах брата — ясных и спокойных — не обнаружила.

— Иди последи за ним. Он не должен появиться здесь раньше трех тридцати.

— За это отвечает его шафер. Боб, как и ты, помешан на списках и графиках. Он заедет в студию и подберет нашего жениха в три пятнадцать.

— Тогда сделай что-нибудь полезное. Команда Эммы работает на солнечной веранде, вторая команда накрывает столы к ужину.

— У Эммы на побегушках Джек.

— Джек здесь? А Малком?

— Сторожит Картера. Мы решили выставить караул на тот случай, если Картер вздумает сбежать.

— Очень смешно. Однако хорошо, что у Картера есть компания. Я сама собиралась забежать к нему и подбодрить, но, раз с ним Малком, я загляну к Мак. Можешь сказать Лорел, что у нее есть еще час двадцать минут, а потом она должна подняться в Апартаменты невесты.

— А если она набросится на меня с кондитерским резаком?

— Иногда приходится рисковать.

Развалившись в кресле, Малком пил кока-колу, жевал чипсы и смотрел по спортивному каналу мотогонки.

Картер мерил шагами комнату. У него даже выработался определенный ритуал: походит из угла в угол, присядет и уставится в телевизор, посмотрит на часы, вскочит и снова начинает вышагивать туда-сюда.

— Засомневался, профессор? У меня приказ связать тебя, если ты попробуешь сбежать.

— Что? Нет. Ха-ха. Нет. Неужели еще только половина второго? Может, батарейка села? — Картер хмуро взглянул на свои часы, пощелкал по циферблату. — А на твоих сколько?

Малком поднял руку, демонстрируя полное отсутствие часов.

— Расслабься. Хочешь что-нибудь выпить?

— Нет. Нет. Может быть. Нет. Просто… Мне кажется, что я попал в другое измерение, где пять минут эквивалентны полутора часам. Надо было выбрать дневную свадьбу. Если бы мы выбрали дневную свадьбу, то уже были бы женаты.

— Спешишь?

— Думаю, да. — Картер устремил вдаль невидящий взгляд. — Бывают дни, когда я не могу понять, как все это случилось, а иногда кажется, что так было всегда. Просто… это… мы…

— Облегчи душу.

— Когда полюбишь и она полюбит тебя… со всеми твоими слабостями и недостатками, то все встает на свои места. Если вы можете разговаривать, если она тебя слушает, если заставляет тебя смеяться, и думать, и желать, заставляет тебя увидеть, какой ты на самом деле и что с нею ты лучше, гораздо лучше, то ты чокнутый, если не хочешь провести с ней остаток жизни. — Картер застенчиво улыбнулся. — Я говорю сумбурно.