Вдруг разведчица, схватив актера за ворот черной рубашки, притянула его к себе и чмокнула в губы, а затем завела двигатель подъемника.

Парашют вгрызся в воздух. Таи-и Дау ощутил рывок, от которого его кости едва не вышли из суставов. Магма злости, переполнившая Дау, когда бортовой компьютер принял решение о катапультировании, не остыла. Но сейчас она из бурлящего ключом гейзера превратилась в спокойное горячее озеро. Дау поднялся над обуявшей его яростью и теперь несся на ней словно на гребне волны.

С высоты невооруженным глазом капитан мало что мог разобрать на затянутом пеленой дыма поле боя, которым стала стоянка роботов «неверных». Трусливые якудза по-прежнему толпились за проволочной оградой, не решаясь ворваться внутрь и стереть наемников в порошок. Дау не мог определить, удалось ли кому-нибудь из его людей забраться в боевые машины.

Капитан ЭУОД, парящий в небе подобно богу, чувствовал уверенность в своих силах. Он ощутил странный прилив воодушевления. Его люди захватят несколько роботов, перебьют всех наемников и перейдут к осуществлению задуманного плана. Не беда, что они остановились, — он жив, полон сил и готов действовать…

Не успев приземлиться, он сразу же вступит в бой, перехватит у «неверных» инициативу и покажет им, каково шутить с отборными бойцами генерала Кигури. Дау приближался к короткой высохшей траве, и его красивое лицо цвета спелых злаков было растянуто в торжествующей улыбке.

Однако он снова ошибся.

Мэрли Джолс не была настоящим пилотом боевой машины. Она ни в грош не ставила глупое псевдорыцарское благородство. Приспешники Черных Драконов убили ее отца. В мятежном детском сознании все люди разделились на две группы: друзья и мишени.

Фигурка, болтавшаяся под ярким желто-красным куполом, представляла собой для Мэрли лишь еще одну дозу единственного наркотика, которому девочка доверяла снимать с сердца горечь утраты отца.

Поймав черную точку в перекрестие оптического прицела, Мэрли повела за ней ствол винтовки. Набрав полную грудь воздуха, она задержала дыхание и плавно нажала на курок. Тяжелая винтовка рявкнула, дернувшись на трехногой сошке.

Мэрли всем своим нутром почувствовала, что выстрел удался. Она испытала буквально физическое наслаждение, увидев, что маленькая черная фигурка, дернувшись в сбруе, обмякла, продолжая плавно спускаться вниз.

Кинемаград

Люсьен

Военный округ Пешт

Синдикат Дракона

1 июля 3058 года

— Шуазель! — крикнул О'Ханрахан. — Немедленно возвращайся!..

Пилот раненого «Шершня», взбешенный тем, что его атаковали какие-то задрипанные пехотинцы, решил отомстить за повреждения, нанесенные его машине. Обнаружив одну из «неверных», пытавшуюся спрятаться в складках местности, Шуазель с воодушевлением затаптывал ее массивной стальной ногой робота в окрасившуюся алым землю. Командир Черных Драконов сочувствовал своему подчиненному, но сейчас была дорога каждая минута.

— Сюдзин Шуазель, говорю тебе в последний раз…

Что, к ужасу, оказалось правдой. Серо-стального цвета «Ночное небо», с нарисованной на выпуклой груди волчьей мордой — с зелеными глазами и вывалившимся из раскрытой пасти красным языком, — свалился из ниоткуда прямо за спину маленького толстого робота. Прежде чем Шуазель успел что-либо предпринять, робот противника взмахнул секирой и, опустив ее с силой всех своих пятидесяти тонн, раскроил голову «Шершня», будто арбуз.

Неприятельский робот повернул свою маленькую черепашью головку к «Кусторезу» О'Ханрахана. От «Неба» буквально исходило что-то мрачное и зловещее. О'Ханрахан непроизвольно отпрянул назад. Когда он, придя в себя, открыл огонь из большого лазера и автоматической пушки среднего калибра, а также заодно и из двух мелкокалиберных пушек «Джонстон», «Ночное небо», расправившись с машиной Шуазеля, отпрыгнул в сторону, уходя из-под обстрела.

На полоске экрана кругового обзора О'Ханрахан увидел, как черный «Бешеный кот», проломив метрах в тридцати у него за спиной проволочную ограду, приближается к нему слева. Развернув «Кустореза», он привел в действие автоматическую пушку в правой руке и большой лазер в носовой части корпуса, с удовлетворением увидев, как из черной каплевидной туши вражеской машины полетели искры. Затем в том месте, где луч, спалив краску, принялся за броню, появилась черная струйка дыма.

Стремительно движущийся «Кот», развернув корпус, открыл ответный огонь. Лазерные лучи и заряд из ПИИ пролетели мимо, на мгновение озарив пилотскую кабину. Однако следующий выстрел из ПИИ попал в пусковую установку ракет дальнего действия в правой руке «Кустореза» и вывел ее из строя.

О'Ханрахан хищно усмехнулся, обнажая зубы.

— Это я как-нибудь переживу, — проскрежетал он.

Пока от РДД не было никакого толку: использовать их против простых пехотинцев было слишком большой роскошью, а сейчас, когда началась рукопашная схватка, они и вовсе стали бесполезны.

Но тотчас же пилот выругался. «Бешеный кот» закружил вокруг «Кустореза», двигаясь по часовой стрелке и постоянно ведя огонь. Это было несправедливо; чудовище, значительно лучше вооруженное и бронированное, чем робот О'Ханрахана, ничуть не уступало ему в проворстве. «Теренс, дружище, вот потому-то ты так не любил сражаться с настоящими воинами Кланов», — с горечью напомнил себе О'Ханрахан. Как, впрочем, и все до одного пилоты боевых машин Внутренней Сферы…