С этими словами Георгий, не прощаясь, положил трубку на рычаг.

– Не слишком ли круто? – спросил министр Безопасности, – в совершенстве знавший английский язык.

– Нормально. Толи еще будет, когда мы сбросим информацию в СМИ. Рассказывайте дальше. Что у нас с Великобританией?

Услышав вольный пересказ событий, о которых ему успели подробно доложить спецназовцы, Георгий решил пошутить.

– Я не барон Мюнхгаузен, чтобы после обеда объявлять войну Англии, но попугать то мы их немножко можем?

– Давайте немного припугнем, – согласился министр Безопасности. – Доказательств у нас – выше крыши.

Георгий опять снял телефонную трубку и попросил соединить его с Премьер-министром Великобритании.

– Добрый вечер, – поздоровался он с премьер министром. – Мне доложили, что Ваши командос под Нижним Новгородом обстреляли наш правительственный кортеж, серьезно повредив два бронированных джипа. Следует ли мне рассматривать это как объявление войны между нашими государствами? А то наш министр Обороны уже спрашивает, – не пора ли перенацелить на Великобританию наши ракеты шахтного и морского базирования?

– Что, ни о какой войне и речи быть не может? А как тогда рассматривать Ваши действия?

– Туристы, говорите, похулиганили? А почему у этих "туристов" на вооружении были снайперские винтовки с бронебойными патронами?

– Совпадение, говорите? Вы понимаете, что таких совпадений не бывает? Это не хулиганство, это государственный терроризм! Все Ваши туристы прошли спецподготовку в элитных разведцентрах.

– Что значит мои фантазии? Они сами об этом рассказали без всякого принуждения.

– Да. Все живы. Один, правда, ранен и очень неудачно – в седалище.

– Нет. Синяки есть только у раненого. Он неудачно упал с дерева.

– У нас под Нижним Новгородом нет медведей. Никто его туда не загонял. Сам залез, чтобы стрелять было удобнее.

– Нет. Выслать мы их не можем. Их будут судить как международных террористов. Лет через 20 – 25 вышлем.

– Нет. На смертную казнь у нас мораторий.

– В общем, Ваши извинения я принимаю, но надеюсь, что это было в последний раз. Вообще, сколько Вам можно идти на поводу у американцев? Это ведь бывшая ваша колония. Тогда, отделившись, они щелкнули вам по носу и с тех пор таких щелчков накопились уже десятки. Вам что, радиоактивных осадков мало? Имейте, в конце концов, свое мнение.

– Да, они тоже говорят на английском языке, но они же его бессовестно исковеркали.

– Хорошо. В СМИ сообщать не будем. Но и Вы в Совете Безопасности больше не поддерживайте США. Падение доллара и евро вам только на руку.

– Договорились, сэр. Приятно иметь дело с разумным человеком.

– И Вам не хворать.

– Ну, Вы даете, – рассмеялся министр Безопасности, когда Георгий положил трубку. – Так вывернуть ситуацию! Прессе мы официально сообщать ничего не будем. Если что-либо сами раскопают – мы не причем. У нас свобода слова. Суд проведем закрытый. А голос в Совете Безопасности и поддержка на бирже – это более чем серьезно. Высылать никого из выявленных агентов не будем. Просто установим качественное наблюдение.

– Договорились, – согласился с министром Георгий, – теперь давайте про Моссад. [62]

– Да, – сказал он, выслушав рассказанное министром Безопасности, – это они здорово прокололись. Давайте звонить в Израиль.

– Здравствуйте, – сказал Георгий на иврите Премьер-министру Израиля, – с Вами говорит кризисный комиссар СРГ.

– И вам шелом. Сегодня агент Моссад Мойша Фишман под Нижним Новгородом пытался организовать и провести террористический акт против нашего правительственного кортежа.

– Нет, он взят с поличным и во всем сознался.

– Ну, зачем же бить? Ваши отлично знают уголовный кодекс и, как правило, сами все подробно рассказывают для того, чтобы им зачлось сотрудничество со следствием.

– Хорошо, если Вы настаиваете, пойдет как уголовник. Но и Вы смените все руководство Моссада.

– Да, с соответствующей формулировкой.

– Послушайте, мы в свое время способствовали образованию Вашего государства, мы можем и отыграть в обратную сторону. Палестинцы ждут – не дождутся, когда им вернут их исконные земли.

– Да, я настаиваю. Все руководство Моссада. И предупредите тех, кого Вы поставите на их место, что Союз Российских Губерний – это табу. Никаких операций на нашей территории не проводить.

– Нет, уполовинить агентуру я не требую. Да это и не реально. Может быть, и не все Ваши являются постоянными агентами Мосада, но, при необходимости, разовые услуги окажут практически все.

– Да, понимаю.

– Хорошо. Официально – тишина, неофициально – все обо всем знают.

– Договорились.