— Мара. Я не знаю, что они написали на том листке, который заполняли при приеме меня в цирк, но, по-моему, там были только эти четыре буквы.

— Прекрасно. Значит, скажешь мистеру Сэму свое имя — и все. Если он будет настаивать, устрой небольшую истерику.

— Почему я не могу написать фамилию? У нас еще есть время…

— Этого достаточно, Мара. Когда ты станешь известной, этот факт будет плюсом, создаст тебе некий ореол таинственности.

— Ты уверен, что так и будет?

— А разве ты не уверена? Если нет, то, значит, ты проиграла битву.

— Я уверена, — произнесла Мара.

— Тогда прочь сомненья!

В это время в зал вошел высокий худой мужчина.

— А вот и мой гость, Вуди Штерн, — произнес Джоко, убирая бумагу и ручку. — Я прошу тебя, Мара, побольше улыбаться и поменьше болтать.

Мара внимательно посмотрела на незнакомца. Старый, подумала она. Но когда он подошел поближе, она поняла, что это толстые очки и длинные волосы делают его старше, чем он есть на самом деле. Его облик настолько не соответствовал шикарному виду ресторана, что Мара даже удивилась, как его сюда впустили.

Обменявшись рукопожатием с Джоко, гость уселся напротив Мары. Его глаза, очень острые даже за стеклами очков, внимательно изучали ее.

— Я вижу, ты привел сюда подружку, чтобы она присутствовала при твоем интервью, Джоко?

— Ты ошибаешься, Вуди. Ты здесь, чтобы взять интервью у Мары.

Гость, казалось, был разочарован.

— Не сомневаюсь, что она очень интересная особа, но знаменитость-то все-таки ты.

— В этом вопросе можешь довериться мне. Всякий раз, когда мы выступаем в Сент-Луисе, я даю тебе потрясающий материал для статьи. Обещаю, что ты не прогадаешь и на этот раз.

— Ну, и что за история?

— Про Золушку, но с одним отличием.

— Каким же?

— Золушка начинает свое восхождение уже будучи принцессой, цыганской принцессой. Дочерью короля.

— Не болтай! У цыган нет королей.

— В ее имени… — Джоко на секунду задумался. — Вся суть в том, что люди любят сказки.

— О'кей. Люди доверчивы. Итак, ее отец был вожаком табора или кем-то в этом роде. Бароном, что ли… Можно назвать его королем, а ее принцессой. Только кто поверит в это?

— Посмотри на нее! Разве она не выглядит как принцесса?

Вуди Штерн внимательно изучал Мару.

— Послушай, детка, а ты действительно цыганка?

Мара слушала их разговор, и в душе ее закипала злоба. Джоко обещал хранить ее секрет, а сейчас первому же встречному все и выболтал!

Джоко улыбнулся ей.

— Скажи, пожалуйста, Вуди что-нибудь по-цыгански.

Она посмотрела на него и произнесла по-цыгански: «Ну и идиоты же вы оба!» Хорошо, что они ее не поняли.

— Видишь? Цыганка!

— Это может быть и румынский язык. Откуда мне знать? Но в чем, черт возьми, дело? Это хорошая история, но мне-то она зачем? И чем, в конце концов, твоя цыганка занимается? Летает на пушечном ядре?

Мара не могла больше вынести того, что ее просто не замечают.

— Я — воздушная гимнастка! — произнесла она с возмущением.

— Спокойно, спокойно, — сказал Вуди. Теперь он тоже улыбался. — А в ней есть пыл, Джоко.

— Не то слово! В ней есть огонь, — возразил Джоко.

— Эти рыжие волосы настоящие?

— Конечно, — резко ответила Мара.

— Верю, верю. А отчего белая кожа?

— Мраморная кожа, изумрудно-зеленые глаза, огненные волосы… Не мне же учить тебя, как писать статьи? — произнес Джоко.

— Ладно, уговорил. Она действительно хороша на арене?

На этот вопрос Мара сочла нужным ответить сама.

— Я очень хороша. Я могу сделать… тридцать бланшей.

Он присвистнул.

— Это делает только Лилиан Лейцель. Тут нужна большая сила. Неужели это правда, Джоко?

— Конечно, маленькая леди не будет врать. Но она делает их только в особых случаях. — И Джоко добавил хвастливо: — Она прирожденная артистка. Когда она на арене, все смотрят только на нее. Отметь это, кстати, в своей статье.

— Так ты еще не написал ее за меня?

— Ты же журналист.

— Ах ты маленький хулиган! Она такая же принцесса, как ты лорд. Семья лордов Денисонов действительно живет в графстве Суррей. Но беда в том, что у них в роду никогда не было карликов.