— Это плохо. Значит, без вашего нанимателя нам не обойтись.

Великан покачал головой. Откуда ни возьмись у него в руках оказалась маленькая, размером с табакерку, резная шкатулка из слоновой кости. Даже в слабом свете свечи Ричард увидел, насколько искусно она была сделана, как тщательно вырезался и шлифовался каждый дюйм ее поверхности. Уже сама по себе она была произведением искусства.

— Здесь хранилась украденная вещь. А вот ее изображение, — с этими словами Крабб достал из кармана пиджака сложенный в несколько раз листок бумаги.

Ричард зажег газовую лампу и склонился над рисунком. Он рассчитывал увидеть что-нибудь из «стандартного» набора грабителей: кольцо, кулон, брошь, серьги, подвеску, возможно, часы. Поэтому то, что предстало его глазам, удивило и в первое мгновение даже рассмешило.

Изображение было старым, бумага истерлась и запылилась на сгибах. Впрочем, рисунок, сделанный уверенной рукой хорошего художника, прекрасно сохранился. Если бы не обстоятельства этого странного заказа, мастер Пустельга решил бы, что над ним подшутили.

На листке была нарисована… мышь.

Присмотревшись к изображению внимательно, Ричард понял, что рисовали все же не животное, а, скорее, его скульптуру или, судя по размерам шкатулки, крошечную статуэтку. Мышь сидела на задних лапках, сложив передние на груди так, что можно было различить каждый пальчик. Вздернутый носик и два больших верхних резца придавали ей смешной и настороженный вид.

Ричард бросил короткий взгляд на Крабба. Громила не вскакивал с хохотом и не спешил напялить на голову шутовской колпак. Он сидел, не шевелясь, и ждал, пока сыщик ознакомится с рисунком.

— Вы видели… этот предмет? — спросил Ричард.

— Нет. До сегодняшнего дня я даже не подозревал о его существовании. Рисунок и шкатулку мне дали несколько часов назад, одновременно с заданием найти лучшего сыщика.

Ричард открыл шкатулку. Внутри лежала ювелирная подушечка с углублением под украденный предмет. Судя по всему, мышь была величиной не больше мизинца.

Можно было приступать к поискам. Но сперва следовало пустить пыль в глаза бандиту и постараться избавиться от него на время поисков.

— Изделие выполнено из золота? — спросил он для начала.

— Нет.

— Из кости? Янтаря?

— Из какого-то металла. Точнее сказать не могу.

— Ладно, не существенно. Когда произошло похищение?

— Пропажа обнаружена сегодня, незадолго до полудня. Вчера вечером предмет был на месте.

— Какова предположительная стоимость предмета?

— Неизвестно. Ценность этой вещи не в стоимости, а в значимости для владельца.

— Вы проверили ссудные кассы и ювелиров? Возможно, краденое уже сбыли.

— Этим занимаются… мои коллеги. Но лишь для очистки совести. Мышь украли не для того, чтобы сдать в ломбард. Мой патрон убежден, что это сделал первоклассный профессионал, выполняя заказ. И наша задача выследить его до того, как он передаст похищенное заказчику.

— Почему вы думаете, что этого еще не произошло?

— Я так не думаю, но надеюсь на это. Сбежав, похититель должен чувствовать себя в относительной безопасности и может расслабиться. Ему нужен отдых, по моим данным, он провел два дня в неудобной позе без движения, ожидая удачного момента для кражи.

— Это… должно быть, нелегко.

— Уверяю вас, это весьма сложно. А ему еще встречаться с заказчиком, и для этого нужно быть в форме. Всякое ведь может случиться.

— У меня складывается впечатление, что вы знаете, кто исполнитель и кто заказчик.

— Специалистов такого класса, как сегодняшний вор, не много. И всех я знаю наперечет. Но искать их одновременно слишком тяжелая задача, поэтому я обратился к вам. Что касается заказчика, то у нас есть лишь предположения.

Ричард кивнул и закрыл глаза. Пульсирующая боль в висках нарастала, пряча за собой что-то важное. Что-то, на чем нужно сосредоточиться прямо сейчас, пока не стало поздно.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Я возьмусь найти вашу пропажу. Мой гонорар будет восемьдесят фунтов. Оплата по выполнении. Завтра с утра я приступлю к поискам. Рисунок и шкатулку оставьте у меня.

С этими словами он поднялся, давая понять гостю, что встреча закончена. Сэмюэл Крабб не пошевелился.