— Теперь бояться поздно, я уже ввязался в это дело.

— Да уж, ввязались. — Эдуард задумчиво потер подбородок. — Если наши поиски не увенчаются успехом, мы дадим возможность загадочному «патрону» найти вас, сообщив через полицию о смерти его посланника.

— Так вы согласны помочь мне в поисках? — обрадованно воскликнул Ричард.

— Конечно, дружище! Но, надеюсь, и вы не откажете мне в ответной любезности.

— Я всегда к вашим услугам!

— Отлично! — Стил убрал со стола кофейник с чашками и вновь развернул карту. — Вы, конечно, слышали об этих чудовищных убийствах в Уайтчепеле и о Джеке Потрошителе.

— Весь город только об этом и говорит.

— Лондонцы в панике, такого не было со времен резни в Лаймхаузе.

— Только сегодня я беседовал об этом с коридорным.

— Да, люди любят обсуждать чужие смерти. И чем они более жуткие, тем сильнее интерес. Газеты чего только не пишут, — он кивнул в сторону «Таймс», которую недавно просматривал.

— Красные пометки — это места убийств? — догадался Ричард, глядя на карту.

— Да, я пытаюсь найти закономерность в действиях этого монстра. Понять систему, по которой он совершает свои преступления.

— Чтобы понять его, нужно быть таким же сумасшедшим. Кстати, у меня идея — нужно проверить дома для безумцев, не сбегал ли от них какой-нибудь особо буйный пациент.

Эдуард Стил покачал головой.

— Бедлам и прочие заведения этого профиля проверили уже после первого убийства.

Ричард сконфузился, понимая, что по части ведения криминальных дел он сильно уступает старшему коллеге, да и любому толковому инспектору Скотланд-Ярда.

— Все убитые, как я понял, непристойные женщины, — сказал он неуверенно. — Не в этом ли закономерность?

— Возможно, но необязательно. Убивает он ночью, а в это время порядочные дамы просто не ходят по улицам, тем более в одиночестве. Так что следующей жертвой может стать любая женщина, оказавшаяся в неудачное время в опасном месте.

— Значит, вы хотите вычислить место?

— Да.

— Но это же невозможно! Даже если определить район — как узнать, где и когда преступник выйдет на охоту?

— Район уже известен. Надо признать, Уайтчепел — самое удачное место для свершения всех этих зверств. Там толчется масса всякого сброда, в котором легко затеряться. Никому ни до кого нет дела, улицы почти не освещаются, и полицейских там даже днем можно пересчитать по пальцам.

— Значит, вычислить его невозможно?

— Это я и пытаюсь понять.

— Вам кто-то платит за поиски Потрошителя?

— Нет, у бедных женщин даже родни не было. А королева платит только своим официальным сыщикам из Скотланд-Ярда. Это мое собственное предприятие. Нам, простым детективам, трудно конкурировать с такими звездами, как вы, поэтому иногда приходится работать бесплатно, на репутацию.

Повисла неловкая пауза.

— Так чем я могу вам помочь? — спросил Ричард, чтобы прервать ее.

В глазах Эдуарда Стила загорелся лукавый огонек.

— Вчера я побывал и на Бернер-стрит, и на Митр-плэйс, где обнаружили обеих несчастных. Конечно, я оказался там уже после полицейских и толпы зевак, но все же не оставлял надежды найти что-нибудь интересное. Я расширил зону поиска, почти целый день рыскал по прилегающим дворикам и закоулкам. И был вознагражден, — с этими словами он выдвинул ящик стола, достал тонкую кожаную перчатку и положил ее поверх карты. — Я уверен, что это его вещь.

Ричард осторожно взял перчатку в руки и с неподдельным интересом рассмотрел ее. Мужская, с левой руки, судя по выделке, куплена в хорошем магазине. На тыльной стороне в районе пальцев виднелись три коротких разреза. Но самым примечательным в перчатке было не это. Приглядевшись, Ричард понял, что она испачкана кровью. Засохшие бурые пятна, не сразу заметные на черной коже, обильно покрывали ее с обеих сторон. Ричард брезгливо бросил перчатку на стол.

— Я не спрашиваю, откуда у вас уверенность, что этот предмет принадлежал Потрошителю…

— Да тут ничего сложного. Я предположил, что убийства были совершены не там, где найдены трупы, а где-то поблизости, в укромном переулке. А потом уж тела перенесены на более заметное место. И представьте, на заднем дворе какого-то паба, за кучей мусора, нахожу эту перчатку. Далее, в газетах ведь писали о жутких ранениях жертв — вот вам и следы крови, и разрезы на пальцах перчатки. Если надеть ее на руку, то разрезы продолжают друг друга, как будто нож соскользнул и убийца едва не ранил сам себя. Затем он снял ее, видимо для большего удобства, а потом случайно обронил.