— Завтра вас обоих переведут работать в прачечную, Lieblinge, — прошептала Рамона. — Если кто-нибудь предложит вам помощь, вы будете в точности делать то, что он вам скажет, хорошо?

— А как же ты, мама? — спросил Ариэль.

Лицо его было очень бледным — весь его мир был разрушен. Ребекка смотрела на маму и пыталась понять, что произошло.

— С мамой все будет хорошо… а ты присмотри за своей маленькой сестричкой, — сказала Рамона Ариэлю, поглаживая белокурые волосы дочки. — Обещай мне.

— Обещаю, — шепнул Ариэль, крепче сжав мамину руку.

Маутхаузен

Ариэль поспешил на помощь сестре. Мешок с бельем для стирки был почти такого же размера, как она сама, и Ребекка сражалась с ним, пытаясь загрузить в кузов потрепанного синего фургончика, который каждый день увозил вещи офицеров в небольшой городок Маутхаузен для стирки. Ариэль с Ребеккой уже развернулись, чтобы сходить за остальными мешками, но водитель, молодая голубоглазая женщина, вдруг поманила их к себе за фургон, где они могли скрыться от посторонних взглядов.

— Слушайте внимательно, — прошептала она. — Меня зовут Катрина, и вы должны делать в точности то, что я вам скажу. В задней части фургона, под самой кабиной, есть пустое пространство, и, когда фургон будет наполнен, вы должны будете по мешкам забраться туда и закрыть ими себя сверху. Я запру двери фургона за вами. — Катрина спокойно посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не видит. — А теперь давайте быстрее, остались еще два последних мешка.

— А как же наша мама? — умоляющим голосом спросила Ребекка у Ариэля.

— Мама сказала, чтобы мы во всем слушались эту даму, — попытался утешить ее Ариэль, демонстрируя недетскую мудрость.

— Was ist los? [54] — Из сарая прачечной вышел немецкий охранник, подозрительно щуря свои поросячьи глазки.

— Schnell machen!Поторапливайтесь, ленивое отродье! Я не собираюсь терять тут весь день! — Катрина подтолкнула Ариэля и Ребекку к погрузочной платформе. — Эти двое такие лентяи, — сказала она охраннику, сокрушенно качая головой и усаживаясь за руль.

— А чего вы ожидали? Это же евреи! — Охранник развернулся и пошел за Ариэлем и Ребеккой.

Катрина повернула ключ зажигания. Мотор быстро завертелся, но не завелся. Катрина попробовала еще раз, потом еще, но двигатель не запускался. Она заметила, что охранник возвращается.

— Scheisse! — выругалась Катрина. Она подняла короткий капот фургончика и вынула из кармана ротор, покрытый зеленым налетом.

— Все дело в этом роторе, — сказала Катрина, с отвращением глядя на деталь у себя в руках. — У вас в мастерской найдется кусочек наждака? — спросила она, незаметно протягивая охраннику пачку сигарет «Слейпнер».

— Jawohl! — ответил охранник, хитро улыбаясь Катрине. — Пойдемте со мной.

Катрина пропустила охранника вперед, а сама обернулась и коротко кивнула Ариэлю и Ребекке в сторону кузова фургончика.

Ариэль схватил за угол мешок своей сестры и потащил его вместе со своим. Он помог Ребекке перелезть через борт, взобрался внутрь вслед за ней и тихонько прикрыл за собой дверь.

— Быстрее! — шепнул он, выглядывая в окошко фургона. Он видел, как Катрина шла рядом с охранником и что-то терла куском бумаги у себя в руках. — Они возвращаются!

Дети перебрались через мешки с бельем, устроились в пустом пространстве возле кабины и поставили несколько мешков перед собой. Ребекка тяжело дышала, и Ариэль взял ее за руку и крепко сжал.

— Всегда то одно, то другое, — пожаловалась Катрина, защелкнув пластмассовую крышку на распределителе зажигания и захлопывая капот. — Vielen Dank. [55]

— Bitte. [56] Обращайтесь в любое время. Может быть, хотите выпить после работы?

— Посмотрим.

Катрина отпустила педаль сцепления и направила фургончик к тяжелым деревянным воротам и гранитным башням на въезде в лагерь Маутхаузен. Толстый охранник махнул ей рукой и направился в сторону туалета, чтобы перекурить. Катрина ехала медленно, ожидая, что ей откроют ворота, но высокий худой часовой спустился со сторожевой башни и подал сигнал остановиться.

— Was ist in der Lastwagen? [57] — требовательным тоном спросил он.