Она угадала. Хозяйка поднялась с дивана. Улыбка на ее лице была самая что ни на есть натуральная.

— Можно войти?

— Конечно, входи, пожалуйста! Убери с дороги, Мариан, сдвинь этот стол!

— У меня с собой — вот! Вы что-то празднуете?

Магда извлекла две бутылки вина, быстро огляделась и пристроила их на единственно свободном месте на краю буфета, у ведерка с компостом и за спиной Мариана. Сообразительная особа! Эльжбета поставила на стол салатницы, Алиция опомнилась и вернулась к Юлии. Я тоже не собиралась ее бросать и направилась к ней. Магда остановила меня на полпути.

— Иоанна? Я могу на «ты»? Насчет Алиции я знаю…

— Можешь, можешь. Стефан…

Я хотела спросить его о фотографиях, но передумала, момент был не самый подходящий. Одним ухом я слушала Магду, а другим — Стефана, который что-то объяснял Юлии, представив Мажену как Олафа, или наоборот. Я обнаружила, что у меня пропала большая вилка для рыбы…

Кто-то все-таки накрыл стол до конца и спас рыбу от обугливания, наверное, бесценная Мажена. Каким образом эта утонченная музыкантша… или музыкантка? В общем, арфистка умудрялась быть такой замечательной хозяйкой? А на арфе играла — заслушаешься! Не могу доподлинно сказать, что в этот момент происходило с Марианом. Похоже, Олаф придушил его маленько в гардеробе среди многочисленных плащей и курток. Так ему и надо. Мажена потеряла терпение, шваркнула на стол миску с картошкой в мундире, наполовину очищенной, и салат, вырванный из прожорливой пасти нашего дракоши. Бутылки и рюмки, наверное, подтянулись сами.

Оставалось только убедить Юлию, что все в порядке, и усадить за стол…

Вот только порядком тут и не пахло.

Во время поисков пропавшего панголина Стефан делал снимки поляроидом, поэтому фотографии не нужно было проявлять. Для нас тогда это было еще в новинку, хотя журналисты и профессиональные фотографы давно уже привыкли к этой технике.

— Вот здесь вы сидели, на этом поваленном дереве, — объяснял Стефан, показывая очередной снимок Юлии. — Это сначала. А дальше местность выглядит вот так, посмотрите, пожалуйста…

Поваленный ствол и в самом деле казался широким и удобным, аллея тоже, но дальше по мере приближения к воде она сужалась, и нависающие ветки приходилось отводить рукой. Однажды, довольно давно, мне уже доводилось гулять там с Алицией. Где-то в той степи находилась и предательская яма, о которой в свойственной ему милой манере упомянул Мариан. Дорожка круто шла под уклон, а узкая полоска травы, отделявшая дорогу от воды, резко обрывалась вниз. В пьяном виде или в темноте можно было легко оступиться и плюхнуться в озеро, устроившее здесь замечательную ловушку для легкомысленных жертв.

— Но Вацлав сюда не ходил, — произнесла тихим, сдавленным голосом Юлия.

Ясное дело, не ходил, раз отправился в противоположную сторону к забегаловке, где резвилась молодежь. Тут я подумала, что наш говорун поборол в себе природную скупость вовсе не из любви к птичкам, а из-за непреодолимой тяги к прекрасным экскурсанткам, гулявшим у озера. А кормом для птиц воспользовался как предлогом, не придумав ничего лучшего. Готов был разориться на две кроны, лишь бы затесаться в молодой, веселый и лишенный комплексов коллектив.

Мне пришлось объявлять о своей догадке во всеуслышание. Снимки передавались из рук в руки, и этими фотографиями нам, наконец, удалось заманить Юлию за стол, когда Стефан, симулируя излишнее рвение, достал целую пачку снимков и позволил их расхватать. Юлия еще не окончательно впала в оцепенение и даже согласилась немного поесть. Явно через силу она запихала в себя сосиску и маленькую картофелину, после чего Стефан отобрал у нас фотографии, и правильно сделал, ибо выпущенный на свободу из гардероба Мариан не дремал, а молотил подряд все съедобное, что еще оставалось недоеденным на столе. И было ясно, что он не остановится, пока все не прикончит. А посему остальные проголодавшиеся быстро взялись за ум и составили ему достойную конкуренцию.

Стефан разложил фотографии в нужной последовательности, предусмотрительно наполнив перед этим свою тарелку. С чужих тарелок Мариан пока еще, во всяком случае прилюдно, не подъедал.

Вместо десерта Алиция вытащила из какого-то дальнего шкафчика несколько сортов сыра и сырную лопаточку. С красным вином сыр сочетался просто идеально, а пользование лопаточкой занимало время и требовало сноровки. Мы устроили Лукуллов пир и пустили снимки по кругу с соответствующими комментариями. Красотища!

Разделяла ли наше мнение Юлия, сказать трудно, но нельзя же требовать невозможного.

Стефан хорошо поработал объективом, все было как на ладони: сумерки, аллея, забегаловка для туристов, уже пустые столы и лавки…

— Я фотографировал по ходу вашего движения, — объяснял Стефан Юлии. — Здесь проход за кафе к парковке, единственная машина — это грузовичок сотрудника забегаловки. Тут вы спустились, отдохнули, эта аллея, похоже, самая посещаемая… Здесь развилка: одна дорога вдоль озера, а другая — вверх, через лес, вы пошли над озером… А вот, наверное, тот пенек с муравьями? Как вы только на нем усидели?