– Нарочный!
– раздался крик одного из гвардейцев охранения.

Орки в конце концов согласились начать обмен заложниками.

Меняли всех на всех, не чинясь. Так уж было принято в Вишве. Капитан сперва ехать не хотел - толкнуло любопытство. Но ничего особо важного разглядеть пока не удавалось, — привычная оптика давала более полное представление о раскладе предстоящего сражения, - так что Немец сосредоточился на обмене.

Пленных орков набралось пятнадцать голов. Тяжёлых разметили на телеге, остальные, - привязанные, конечно, - двигались к точке обмена самоходом. Чуя близкую свободу, "зелёные человечки" веселились, харкались по сторонам и горланили какой-то местный шансон, пока охрана не отходила их плётками.

– А только я бы всё ж таки взял хоть два десятка женщин. Зачем нам полон? Лучше ж женщин взять.

Гвардейский сержант сильно сердил капитана, но орать на него ввиду неприятеля было никак нельзя.

– Ты что несёшь, сержант?
– прошипел Немец.
– Это товарищи твои боевые, у гробниц захваченные. Какие бабы тебе, совсем оскотинел?

– А только не понимаю ж я Вас, сударь капитан, - так же тихо, но убеждённо заявил гвардеец, - зачем они нам? Теперь уж... Я бы лучше женщин взял.

Капитан зло сплюнул, остро жалея, что не случилось возможности взять с собой того же Сену. Этого туповатого гвардейца, - если переживёт кампанию, - он твёрдо вознамерился загнать в самый дальний гарнизон.

Две группы всадников медленно сближались посреди равнины. Дальше на север разворачивались ряды степняков.

"Да", подумал капитан, "удовольствие от того, что ты просто живёшь, очевиднее именно тогда, когда ты имеешь варианты это удовольствие потерять".

Отвлекаясь от вредных мыслей, он присмотрелся к лагерю противника.

Противника было много, шатров тоже от души. За лагерем, над дальним лесом колыхалось в воздухе смутное сероватое марево — шаманы прикрывали от чужих взглядов парящего в небе дракона.

– Змей же, сударь капитан, - подсказал сержант, чувствуя и пытаясь хоть как-то сгладить неудовольствие Немца, - только змей же на землю никогда не садится, он же как садится, сразу ж умирает.

– Ты встречался с драконами?

– Нет.

– Тогда откуда знаешь?

– Все же знают. Что ж тут знать?

Капитан отвернулся: орки подъехали уже совсем близко. Их делегацию возглавлял массивный, широкоплечий, не по погоде легко одетый детина в такой же металлической маске, какую носил Урмика.

Переговорщики сошлись; все спешились. Выполнять воинское приветствие Немцу сейчас и в голову бы не пришло, но на кивок главаря он ответил.

– Хастагра, - глухо произнёс орк.

Это имя капитан уже знал: выручать из плена Урмику прибыл его старший брат.

– Немец, - ответил Немец, радуясь, что его-то имя короче на целый слог.

Хастагра молча мотнул шлемом в сторону двух волокуш. Капитан указал на телегу. Хастагра кивнул и, не проронив больше ни слова, отправился проверять "товар". Немец помедлил и шагнул к волокушам.

Пленные, - всего шесть человек, - лежали на досках вповалку. Это не вызвало беспокойства капитана — свою партию он доставил не хуже. Его несколько волновали откромсанные на допросах части тел, - пострадал не только Урмика, - хотя Содара и его лейтенанты в один голос уверяли, что на подобные мелочи орки и внимания не обратят.