– Разумеется, – согласился Харви. – Тогда, два века назад, ложась в ледяную ванну, человек не знал, выйдет ли он из нее… когда-нибудь. А вдруг низкая температура убьет наиболее чувствительные клетки головного мозга и человек, оттаяв, потеряет полностью память? Поэтому самые дальновидные покрывали свой саркофаг иероглифами.

– Иероглифами? – не понял Венс.

– Да, это был самодеятельный, наспех придуманный шифр. В этих письменах были закодированы основные данные о владельце ковчега.

– Придумано неплохо.

– Конечно, заманчиво, вынырнув в туманном будущем, иметь при себе эдакое памятное письмо. Но зато представляете себе, что было, когда такого надписанного беглеца перехватывали длинноухие?

– Длинноухие?

– Так называли ищеек правительства.

– А много их было, этих ищеек?

– Порядком. А сказать точнее – чуть не каждый второй. По крайней мере, мне так казалось.

За долгую беседу Венс почти привык к необычному выговору Харви, и он уже не казался ему странным. Правда, встречались отдельные слова, которые были непонятны, но их было немного, и Харви объяснял каждое.

– Специальных ищеек называли шпурами, – продолжал Харви. – Шпуры рыскали повсюду, разыскивая беглецов. Кого удавалось поймать… – Харви замешкался.

– Что же с ними делали?

– Их размораживали.

– В течение трех лет?

– Нет. С ними не особенно церемонились. Воскрешали в течение нескольких суток, не заботясь о последствиях.

– По ускоренному методу?

– Вот именно.

– Что же делали с пойманным и воскрешенным беглецом? – спросил Венс.

– На этот счет среди юристов поначалу возникали острые разногласия. Не так-то легко было решить вопрос: какими правами может обладать человек, возвратившийся с того света? Смерть ведь, как известно, автоматически лишает всех прав…

– Представляю, какая возникла неразбериха.

– В конце концов правительство издало декрет, по которому размороженный беглец не обладает никакими правами. В Уставе шпуров именно так и было сказано. Не помню дословно – это было так давно…

Харви умолк, задумавшись.

– Вы все-таки не ответили, Харви. Что делали с воскрешенными беглецами?

– Пожизненные каторжные работы, – медленно произнес Харви. Спецлагеря. Долго там никто не выдерживал.

– Итак, вы в будущем, Харви, – ободряюще улыбнулся Венс. – Все опасности для вас позади. Вы не попали в кровожадные лапы шпуров, счастливо проспали два века и не были заживо похоронены. Что же теперь?

Харви молча развел руками. На лице его отразилась растерянность.

– Я вижу, что поставил на реле времени малый срок, – наконец произнес он тихо. – Слишком малый срок. Но если попытаться еще раз… – Не договорив, он вопросительно посмотрел на Венса, словно приглашая его в попутчики.

– В городе, да и повсюду, полно ваших пришельцев, – сказал Венс, хмурясь и отводя глаза. – Дороги забиты. Ночлежки переполнены. В брошенных домах, которые всегда пустовали, сегодня, наверно, нет уже ни одного свободного местечка. Я проходил там вчера и видел…

– Я тоже был вчера в квартале трущоб… Собственно, там на четырнадцатом этаже какой-то развалины, некогда бывшей пристанищем моего друга, я и появился вторично на свет божий… – вздохнул Харви.

– Скажите, все ваши беглецы выбрали этот год, этот месяц и этот день?

– Почти все.

– Чистейшее безумие! К чему такая кучность? – горячо заговорил Венс. – Почему бы вам, выходя из реки времени, не рассеяться вдоль берега, вместо того чтобы собираться огромной толпой? Это было бы лучше…

– Так получилось… Было предсказано, что этот день должен стать счастливым для беглецов в будущее.

– Кто же это так ловко предсказал?

– Таково было тайное пророчество знаменитого астролога, который никогда не ошибался.

– И впрямь счастливое время, – заметил Венс. – И для вас, и для нас. Рабочие руки девать некуда. Цены скоро достигнут Луны…

– Даже воздуха не хватит на всех, – с горечью добавил Харви. – Мы изгнанники, не нужные никому на свете. Что ж, остается одно: бежать дальше.

– Нет, вы останетесь с нами, – горячо произнес Венс. – Я понял: у нас общая цель.

Харви непонимающими глазами посмотрел на молодого человека. Венс все больше ему нравился. Только к чему говорить бессмыслицу?

– Пришельцам места нет. Перенаселенность, – покачал головой Харви.

– Выдумка идиотов! – выкрикнул Венс. – О нет, не таких уж идиотов! Они превращают в звонкую монету наш пот и нашу кровь. Их сейфы бездонны. Им нужны руки, которые дешевле механизмов.

Венс встал и подошел к окну, отдернув штору. Розовое буйство ворвалось в комнату и затопило ее.