Новости были хорошие, но Лори заметила, что Анжела была по-прежнему обеспокоена.

Лори знала, что чувствует Анжела. Она испытала похожие чувства.

— Ты выиграла по лотерейному билету, Анжела. Это урок, который надо усвоить.

— Да уж, я вам скажу. — Лори увидела, как лицо девочки напряглось. — Я думала, что Винни любит меня. Он говорил, что всегда будет меня любить, что бы ни случилось. Но когда я ему сообщила, что беременна, он сказал, что это не его ребенок. Как будто я раньше спала с кем-нибудь еще! — Анжела взглянула на нее, ее голос стал срываться. — Я не такая, Лори.

Лори быстро пожала ей руку.

— Я знаю это, дорогая. Но важно понять кое-что еще, кроме Винни и его поведения. Секс — это не игра, это ответственность, Анжела.

— Это то, что вы усвоили?

Лори услышала недоверие в голосе девочки. Но она не хотела, чтобы Анжела думала, что она ее критикует или читает ей лекцию.

— Я была замужем.

Анжела покраснела.

— Простите, я не об этом. — Она откусила заусенец. — Когда я нервничаю, то говорю что попало.

Лори улыбнулась ей:

— Я заметила. — Она подумала о своей жизни. — Но в какой-то степени это хороший пример того, что женщина должна для себя решить перед тем, как стать беременной. Ты должна получить образование, а уж потом заводить ребенка, чтобы быть способной его обеспечить. В жизни происходят разные вещи, к которым ты сейчас не готова. Мой муж умер, компания обанкротилась, а я уже ждала ребенка. И мне пришлось самой справляться со своими проблемами. Я нашла работу, а теперь у меня будет малыш. Я получила образование в колледже. И я намного старше тебя, Анжела.

Анжела утвердительно кивнула:

— Да-да, конечно.

Они вышли из машины, и Лори посмотрела на Анжелу. Рядом с такой девочкой чувствуешь себя старой, подумала она.

— У тебя будет уйма времени на все, когда ты повзрослеешь, Анжела. Наслаждайся своим возрастом. И не старайся взять на себя обязанности, пока тебе не исполнится восемнадцать или двадцать. И оставайся беспечной.

Анжела постукивала пальцем по нижней губе, как будто действительно размышляла о том совете, который дала ей Лори.

— Конечно, вы правы.

На ее лице засияла улыбка, согревшая Лори сердце.

— Права, права. — Лори открыла дверь, и они вошли в Центр. — У тебя есть сейчас какие-нибудь дополнительные уроки?

— Да. — Анжела сияла так, будто избавилась от груза мировых проблем. — Есть. — И затем она вскинула руки и обняла Лори. — Спасибо, — промурлыкала она, повиснув у нее на плече.

В следующий миг Анжела помчалась по коридору. Импульсивная и счастливая.

Именно так должна вести себя пятнадцатилетняя девочка, подумала Лори.

— Что это было?

В страхе Лори отскочила от дверей. Обернувшись, она увидела, что позади нее стоит Кэрсон. Как он здесь оказался?

Она задержала дыхание и в этот момент почувствовала очередную атаку в животе. Ребенок толкался и ворочался. Когда же малыш перестанет двигаться у нее внутри? Эта пляска не прекращалась двадцать четыре часа в сутки.

— Кто выпустил тебя из клетки?

Кэрсон был взволнован. Последние два часа он не находил себе места — подумал, что она почувствовала себя плохо и решила уехать домой. Хотя это было не в ее стиле — покидать офис, не сказав ни слова.

Позвонив ей, домой, он не услышал ответа. В госпитале тоже ничего не сказали.

Кэрсон не знал, что и думать. Оставив на Ронду все рабочие проблемы, он решил пройтись. И только успел повернуть за угол, как вдруг увидел машину Лори. И Кэрсон пошел к ней.

— Я решил проветриться, — сказал он Лори.

Она взглянула на небо. Это был один из тех туманных дней, которые вызывают ассоциации с Южной Калифорнией.

— Слишком душно сегодня. Не очень удачное время для прогулки.

Он знал, что она пытается делать.

— Пожалуйста, не отвлекайся и не меняй тему разговора. Где ты была все это время, и что случилось с Анжелой?

Она должна была объяснить ему все заранее, но знала, что он будет отговаривать ее, сославшись на инструкции. А тогда было важно только благополучие Анжелы.

— Я отвезла ее к своему гинекологу.

У Кэрсона отвисла челюсть.

— Лори…

Она сложила руки на груди перед тем, как выслушать лекцию.

— Я знаю, что вмешалась, и мне не следовало это делать. Но, черт возьми, Кэрсон, девочка думала, что беременна.