Реос, прислушивающийся к их разговору, подал голос.

 - Ты что, всерьез считаешь, что с этими дикарями можно о чем-то мирно договориться? И с торрнами?

– А почему нет? Может и торрны бы перестали у нас народ увозить.

– Это несерьезно. С ними невозможно разговаривать. Люди дикари, а торрны… Их вообще никто не понимает. Даже люди. Пойдем, Варро.

 Реос взял Варро за руку и повел к остальным, веселящимся Ученикам.

 - А ведь никто даже и не пробовал – тихо сказал Керентен, глядя им вслед.

 Вернувшись на следующий день домой, Керентен поприветствовал родителей, и испросил их разрешения пообщаться с Искусником Архивистом.

 Надеясь на то, что их сын наконец-то почувствовал свой Зов, родители согласились, и уже к концу дня Керентен был в местном Архиве, сидя напротив Ноэлла десс Ортаро да Сонто. 

 - Почувствовал Зов и пришел учиться?

– Нет. Мне нужна ваша помощь, как Архивиста.

– Ты знаешь, что Архивисты могут давать информацию, только по запросу Гильдии?

– Мои родители одобрили мое появление здесь. Может быть, вы сможете оформить запрос от них?

 Архивист задумался.

 - Что тебе нужно?

– Вся информация, которая есть у Архивистов по людям и торрнам.

– Я не могу такое предоставить. Во-первых, это та еще гора книг, а во-вторых, на предоставление всей информации требуется одобрение совета глав Гильдий. Да и зачем тебе это? Может ты конкретизируешь? Тогда, возможно, я смог бы помочь.

 Пришел черед задуматься и для Керентена.

 - Мне нужна информация по политической и социальной моделям, и, вдобавок, информация по психологическим аспектам обеих рас. Если последнего не найти, то нужно их творчество. Литература, живопись, музыка, песни. И чем они будут ближе к нашему времени, тем лучше.

Архивист улыбнулся.

– По первому запросу все уложится на нескольких листах, а по второму… По второму и того меньше. Точнее вообще ничего.

– Как ничего?

– Они не занимаются творчеством. За несколько столетий у них не появилось ни одной книги, которая бы заслуживала внимание. То же самое с живописью, песнями, музыкой.

– Но что-то же должно быть?

– В их политической модели присутствует прослойка аристократии, которая могла бы этим заниматься…

– Мне нужна информация о них.

– Но у нас нет такой информации. Они слишком незначительны на общем фоне, и, обычно, умирают раньше, чем успеют что-то сделать. Может у Мастеров и есть что-то, но я этими знаниями не обладаю.

– Ясно. А торрны?

– По ним у нас вообще пусто. Нет социальных моделей, нет политических. Нет ничего связанного с их психологией. Нет их творчества. Вообще ничего нет, кроме обрывочных знаний.

 Керентен был поражен.

 - То есть мы считаем одних дикарями, а других загадкой, а в сущности ничего не знаем ни о тех, ни о других?

– У нас нет в этом необходимости. Они приплывают редко, у людей динамики развития нет никакой, а торрны… Торрны – это торрны. А теперь, ответь мне на вопрос. Зачем ты ищешь эту информацию?

 Керентен посмотрел на Ноэлла.

 - Просто… Просто у меня не проявляется Зов, а заняться чем-то надо. А тема показалась намного более интересной, чем мое обычное времяпрепровождение. Только оказалось, что мы вообще ничего не знаем о тех, кого наша раса должна была бы опасаться и контролировать. Извините.

 Он поднялся и вышел из комнаты.

 Ноэлл десс Ортаро да Сонто долго сидел и обдумывал услышанное. В какой-то момент, он кивнул своим мыслям, и отправился писать послание в главный Архив.

 Спустя пару декад, Керентен сидел рядом со своей матерью, которая готовилась к тому, чтобы в очередной раз попытаться создать Шедевр. Процесс подготовки включал в себя глубокую медитацию, сроком в несколько дней, и все это время о ее теле кто-то должен был заботиться.

 - Прошу прощения, но приехал Мастер Архивист, глава Гильдии.

– Для чего? – непонимающе посмотрела на своего юного Ученика Лиэсса.

– Он хочет побеседовать с Керентеном. Я предупредил его, что вы готовитесь к созданию Шедевра, и он извиняется за то, что мешает Мастеру в такой момент, но настаивает на встрече и беседе.