Алек смотрел мне прямо в глаза и говорил искренне — он не может поклясться, что никогда меня не убьет. Я ничего не смогла ответить, просто кивнула.

После нескольких минут тягостного молчания Алек произнес:

— Жаль, что мы с тобой не встретились при других обстоятельствах. — Помолчал еще немного и добавил: — Спасибо за то, что хранишь тайну.

Он пересек помещение, зашел в кабинку и вытащил оттуда небольшой сверток — свою одежду, сообразила я, спрятанную там до утра. Но он сильно хотел уйти и направился прямо к двери. Вероятно, собирался пробраться в свою каюту и одеться там.

Я окликнула его:

— Дверь заперта, помнишь?

— Помню. — Алек сверкнул улыбкой, снова продемонстрировав, каким он может быть красавчиком, будь он счастливым и беззаботным. — У меня есть ключ.

Он отпер дверь и выскользнул наружу, оставив ее приоткрытой.

Он мог выпустить меня сразу же, как только очнулся! Я не знала, злиться или радоваться. Голова шла кругом от всего, что я узнала за последние несколько часов, от понимания, что мир вовсе не таков, каким я его представляла, — он в тысячу раз более странный и опасный. В кабинку за своей одеждой я шла как лунатик.

Но, увидев сырое, помятое форменное платье, резко пришла в себя. Нужно надеть его. Нужно возвращаться в первый класс, причем очень быстро. Даже после всего случившегося я должна идти к Лайлам и работать.

С трудом расправив сырой измятый комок и натянув на себя форменное платье, я выскочила в коридор и тут же наткнулась на стюарда.

— Эй, что ты тут делаешь? — сердито воскликнул он. Ага, теперь появился персонал.

— Отличное чувство времени, — пропыхтела я, — Мне нужно попасть в третий класс. Прошу прощения.

Восторга это у него не вызвало, но я просила всего лишь пропустить меня туда, где должна находиться, поэтому он не возражал. Я помчалась во весь дух. Конечно, нелепо волноваться из-за того, что леди Регина рассердится, — это после всего, что я узнала про оборотней и про то, что один из них стремится меня убить. Но даже это не заставило меня забыть, что эту последнюю неделю я должна оставаться горничной. Если я хочу начать новую жизнь в Америке, мне потребуется все мое жалованье. До последнего пенни.

А теперь у меня появилась еще одна важная причина убраться от них подальше. Чем скорее я оставлю службу у Лайлов, тем быстрее исчезну с глаз Михаила.

Теперь, при свете дня, я лучше ориентировалась и довольно быстро нашла свою каюту. Старые норвежские леди еще лежали в койках, натянув красно-белые одеяла до подбородка, но Мириам уже заправила постель и оделась. Она сидела на койке, энергично расчесываясь, и, увидев меня, не удержалась от шпильки.

— А я всегда слышала, что англичанки очень прилично себя ведут, — заявила Мириам. — Кто бы мог подумать, что я так быстро найду этому подтверждение?

— Не желаю слышать ни единого слова про приличия, — отрезала я и начала стаскивать с себя форменное платье, предназначенное только для вечерней работы. По утрам полагалось носить другое, и, хвала небесам, оно лежало аккуратно сложенное.

— Гляди-ка! — Мириам продолжала расчесываться, самодовольно усмехаясь. — Ты вернулась — и белье в порядке! Молодец.

Я сердито зыркнула на нее, но на объяснения времени не было. Если мои спутницы уже проснулись, Лайлы тоже просыпаются, и я должна привести в порядок Ирен до завтрака.

Одна из стареньких леди посмотрела на меня, прищурившись, и пробормотала что-то своей сестре — наверняка что-нибудь вроде того, какими шустрыми стали современные девушки. К моему удивлению, ее сестра фыркнула и ответила ей что-то такое, от чего старушка густо покраснела. И хотя я ни слова не знаю по-норвежски, могу биться об заклад, что ей напомнили, какими шустрыми были в свое время они.

— Ну право же, это просто стыд… — Мириам внезапно замолчала и перестала расчесываться. Она подалась вперед, пристально всматриваясь в мое лицо, и ее усмешка исчезла. — Господи, что с тобой ночью случилось?

— Ничего. — Смехотворное вранье. Мириам уже все поняла. — Я сейчас не могу объяснять. — Как будто когда-нибудь смогу.

— Тебя обидели?

— Со мной все в порядке, честное слово! — Я глянула на свою помятую униформу и застонала. — Точнее, будет в порядке до тех пор, пока леди Регина не увидит вот это.

После обеда я должна переодеться, но, чтобы выглядеть прилично, платье нужно погладить, а у меня нет времени.

— Дай сюда, — потребовала Мириам. Я молча уставилась на нее, и она повторила: — Дай его мне!