Шрифт:
Посланников мятежных племен зарыли под основанием трона герцогов Урвата, и последний ритуал — прощание с кровным родственником, диким котом — не был исполнен. Души воинов не нашли покоя.
И Кавалер, «пропев» над их могилой прощальную песню, открыл для призраков дорогу в загробный мир.
Но как он мог узнать о ритуале?!
Да просто. Умный зверь всегда лежал у камина или на коленях Даяны, когда та слушала рассказы Бабуса. И в отличие от своей рассудочной, «образованной» хозяйки, принимал на веру истории Пивной Кружки. Кот и леди принадлежали разным цивилизациям: леди выросла среди технократов, кота направила в ее мир иная сила. Он верил в духов и потому пришел на выручку.
Невероятно уставшая леди смотрела на уснувшего космического бродягу и отправляла ему мысленную благодарность. Даяне было холодно. Ощущение холодных костяных пальцев навсегда застряло возле сердца, шесть призраков еще не раз потревожат ее сны, ворвутся, принося с собой кошмары, и злобным причитанием — «жертву, жертву, жертву» — напомнят о себе…
Выйдя из тронного зала, Даяна сразу же запуталась бы, заплутала в длинных полутемных коридорах. Они почти ничем не отличались друг от друга. Но на обратной дороге у леди был отличный проводник: полосатый кот, иногда оглядываясь и поджидая хозяйку, уверенно отмерял мягкими лапами расстояние, угадывал повороты и ни разу не усомнился в правильности выбора. Кот Кавалер, шпион и «проводник», нисколько не смущаясь, фыркнул на заспанного слугу, спешащего куда-то по своим делам, и человек, испуганный ночным видением — ведьма, кот, бредут как тени! — спиной прижался к каменной стене и уступил дорогу…
«Как ты нашел меня, мой друг?»
Составив из мыслеобразов ответ, Кавалер показал Даяне недавние события. Не только легис, но и зверь почувствовал, что молоко, принесенное слугой в детскую комнату, «отравлено» камнями, мгновенно «выключает» связь. Кот успел сделать только два глотка и дальше отказался пить.
«Ты выпил мало, перестал лакать? Какой ты умница, мой Кавалер!»
Представив, что было бы с ней, не заметь зверек подмешанной в молоко каменной пыли, Даяна в который раз не удержалась от похвалы: «Ты снова спас мне жизнь. Я никогда не смогу отблагодарить тебя, мой Кавалер…»
Словно смущенный похвалами, зверь побежал быстрее и в несколько скачков достиг двери в спальню Даяны. Потом вдруг изменил траекторию и, уже осторожно, выгнув спину и вздыбив на загривке шерсть, подкрался к соседней двери — в спальню Зафса.
Зверек, фырча, обнюхал порог, косяки и, встав на задние лапы, попытался допрыгнуть до высоко расположенной ручки-кольца. В горле Кавалера тихонько гудела тревога, кот прыгал, и от каждого прыжка звук обрывался на высокой ноте, и зверь казался мячиком, звонко хлопающим об пол.
Даяна подбежала к Кавалеру и, подхватывая его на руки, тут же восприняла четкий сигнал-образ: ярко-зеленый летний луг… на краю его растет пышный развесистый куст, под которым крепко спит мужчина…
«Это Зафс?!»
Мужчина хочет проснуться и не может, густые ветви с крошечными зазубренными листьями цепко держат его сон. Сон запутался в тонких, почти нитяных ветвях кустарника, сознание пытается освободиться, но становится только хуже — дрема превращается в забытье…
«Зафс погружен в очарованный сон?!»
Кот, вырываясь из рук Даяны, оперся на ее локоть задними лапами и дотянулся мордой до вершины косяка. Пошарив пальцами за деревянной планкой, Даяна вытянула оттуда свежесорванную ветку с крошечными зазубренными листьями осеннего оранжевого цвета.
Кот зашипел, невольно выпустил когти и больно оцарапал руку Даяны.
«Тише, тише, Кавалер! Куда мне выбросить эту мерзость?»
Перед мысленным взором Даяны четко вспыхнул огонь камина.
«Пламя снимает чары?»
Зверек утвердительно мяукнул, и леди, ворча: «Надменный мальчишка! И он еще не верит в колдовство! Спит как убитый, пока кот с призраками сражается», — вошла в свою спальню и швырнула оранжевую ветку в очаг.
Робкая искорка пробежала по тонкой веточке, исследовала каждый ее изгиб, и лишь тогда огонь набросился на свежее дерево с обжигающей яростью. Ветка, словно живая, изворачивалась готовой ужалить змейкой, ее листья скручивались в обугленные струпья и с легким треском разваливались, превращаясь в невесомый пепел. Ветка стала белесо-серой, Даяна поворошила угли кочергой и зло перемешала их, взбив сноп из искр и едкой пыли.
«Астролог не оставит нас в покое! Он что-то приготовил нам еще?!»
Кавалер — кот, чинно обвив лапки хвостом, сидел перед камином и, не мигая, смотрел на огонь — ласково мурлыкнул и словно бы сказал: «Не бойся, миледи, я рядом, я с тобой». И недолго думая запрыгнул на хозяйскую кровать. Потоптался, выбирая кусочек пухового одеяла попышнее, помял его лапами и улегся спать. Как обычный кот, выполнивший обычную кошачью работу — все мыши пойманы, все крысы разогнаны…
Несведущему зрителю так и могло бы показаться. Но прищур желтых, недремлющих глаз, неотрывно следящих за хозяйкой, выдавал зверька с головой. Обычности в нем было не больше, чем цветов в заснеженном лесу, чем сахара в море, чем прохлады в раскаленных песках пустыни.