Занятый этими горькими мыслями, юноша не заметил, как ноги принесли его к Черному Замку, у основания которого темнел вход в пещеру.

— Ну вот, сыночек на ноги встал, — донесся до него оттуда слабый голос отца. — Теперь и помирать не страшно.

— Говорила тебе: экономней надо было быть! — сердито прошипела мама Яга. — Все золото на ентих антихристов грохнул. Как хочешь, но больше ни одной монетки не дам!

— Неси! — Голос папы окреп. — Я свое слово всегда держу.

— Не понесу!

— Спалю, ведьма!

— Дур-рак!

Послышалось шуршание. Алеша осторожно сунул голову внутрь. Мама, пыхтя от натуги, волокла вверх по ступенькам в тренажерный зал мешок золота.

— Ящерица недоделанная! Помирать собрался… Сыночек извелся весь, лекарство по всему лесу ищет… Вот скажу ему, куда твое лекарство уходит…

— На пару дней мне хватит. — Ойхо посмотрел на три последние монетки, лежащие перед его мордой. — А может, и на три. — Дракон осторожно подцепил один золотой и начал втирать его в свою чешуйчатую шкуру. — А потом сынка в путь-дорогу. Невесту добывать. Не в деньгах счастье…

— А в их количестве, — прошептал потрясенный Алексей, медленно оседая у входа. — Особенно для тебя…

Дверь в тренажерный зал, занимающий весь первый этаж Черного Замка, с треском распахнулась. Юный атлет двинулся в сторону татами, на ходу приглаживая ирокез. В глубине зала мерцали порталы, из которых с достоинством выходили экзаменаторы. Алеша мрачно посмотрел на сэнсэев. Учителя, отвесив почтительные поклоны друг другу, не спеша двинулись каждый к своему мешку.

— Солидный гонорар, — пробормотал юноша.

Теперь он понимал, что в каждом — минимум три года жизни для отца. Лицо Алексея окаменело. Пинком ноги откинув в сторону подвернувшуюся на пути штангу, вышел в центр.

— Пасиму не в кимоно? — сурово спросил Хунь Чо Ли, поправляя свой черный пояс. Лучший специалист по айкидо и кунг-фу Поднебесной неодобрительно покосился на довольно экзотический наряд ученика.

— Без надобности, — буркнул Алеша.

— Наса усеника сегодня плохая, — сказал О’Мура, задумчиво почесывая плечо. Рука, словно невзначай, нащупала рукоятку катаны, замаскированной за спиной в складках черного трико лучшего ниндзя Страны восходящего солнца.

— Обычное волнение перед экзаменом, — успокоил коллег Николай Семенович, заинтересованно глядя на ученика.

— Все нормально, — хмуро буркнул витязь. — Просто хочу узнать, чего я стою без кимоно. Чему научился и, главное, у кого научился…

— Ясненько. — Николай Семенович окинул глазами зал в поисках подходящего оружия. Он преподавал русский стиль, и обычно оно, оружие, ему было без надобности, но внутренний голос говорил, что сегодня без этого не обойтись. — Ну, насчет первого — чему, понятно, а вот насчет второго не совсем понял.

— Сейчас поймете, — мрачно посулил Алеша. — Предлагаю ужесточить правила выпускных экзаменов. Раньше вы просто получали плату за обучение, а сегодня вам ее нужно отвоевать. Можно пользоваться любым оружием, можно нападать на меня скопом, можно по одиночке. Без разницы. В любом случае проигравший уходит без всего. Выигравший забирает все. Идет?

Сэнсэи переглянулись.

— А твоя месок? — поинтересовался О’Мура.

— Да? — сунул за пояс большие пальцы рук Хунь Чо Ли.

— Мои коллеги, — хмыкнул Николай Семенович, — намекают, что ты тоже должен что-то поставить. Жертвую свой мешок. Я за эти годы на тебе столько заработал…

— Не надо! Сейчас принесу.

Алеша был человек гордый. Лишнего мешка у него, разумеется, не было, но он был уверен, что что-нибудь придумает. Опрометью бросился назад — в недоступную для сэнсэев часть замка.

— Что, уже? — удивился дракон.

— Все только начинается, — успокоил его витязь.

Глаза юноши заметались по пещере, которую ослабевший Ойхо последнее время уже не покидал. Взгляд его упал на мышеловку. Их в замке было много. Васька неплохо ладил с летучими мышами, а вот ползучих почему-то недолюбливал. Эта мышеловка была особенная. Ее Васька заказывал у горных гномов, куда летал в отпуск полгода назад. Тогда они еще могли себе это позволить.

— О! То, что надо! Папань, сенсеям подарочек сделать хочу. Преврати ее во что-нибудь подходящее. А то все золото да золото.