– Денис...

Артём посадил Полину в автобус и облегчённо вздохнул. Он прошёл вдоль дороги и завернул во двор. Закурил. Полина не разрешала ему курить. Артём понимал - она за него волнуется. И поэтому чувствовал себя виноватым каждый раз, когда подносил к губам сигарету. Ему не хотелось её расстраивать. Она такая маленькая, хрупкая. Её легко обидеть. Она всегда постоит за себя, но он знает, внутри неё чувственное, тонкое как хрусталь сердце. И он должен его беречь. Сколько раз её маленькая головка давала поистине ценный совет. Он должен её защищать от всего мира. А потом взять в жёны, как они и планировали. Таких девушек очень мало осталось.

Бросил окурок в мусорный бак, поставил телефон на вибро-режим.

Он зашёл в супермаркет, купил бутылку шампанского и презервативы. Артём давно ждал этого дня. Им всё время что-то мешало. То её работа, то у него были какие-то дела. Теперь все проблемы позади. Он и она. И всё будет хорошо.

Подходя к дому, остановился и посмотрел по сторонам - не шпионит ли кто? Вошёл в подъезд. Постучал в одну из дверей на третьем этаже: его там уже ждали.

– Тёма!

– Потом, - отрезал он, схватил рыжую девушку на руки и понёс на кровать.

Вечером он вспомнил, что так и не слышал ничего от Поли. Как она, что там в автобусе? Вдруг кто пристаёт - челюсть по приезду сломаю.

– Да, милый, - голос Полины был уставшим и бодрым одновременно, наверняка не скучают в поездке.

– Привет, Поль, как вы там?

– Тём, всё нормально. Добрались хорошо, сидим в отеле.

Рыжая обняла его за талию и притянула к себе. Он шикнул на неё, но руки девушки не унимались. Они многообещающе скользнули под одеяло, призывая поскорее закончить со всеми делами и обратить на себя внимание.

– Фотографировались?
– он потратил все силы, чтобы голос не дрогнул.

– Да, фотик только Ленка взяла, там есть немного кадров, - потом придумаю историю, как аппарат постигла несчастная судьба. Бедняга утопится в фонтане "Похищение Европы". В последний день отдыха.

– Я скучаю по тебе, - рыжая настаивала. Залезла к нему на грудь и призывно поманила пальцем.

– Я тоже. Что ты там делаешь?

– Спать ложусь. Завтра еду в фирму на собеседование. Занят весь день буду, поэтому могу не брать трубку.

– Хорошо, удачи.

– Спокойной ночи, милая.

– Сладких снов.

В глубине души совесть царапалась, била ногами и изрядно материлась. Но только в глубине души. Полину он любил всем сердцем, но эту девушку обожало его тело. Сейчас для него это было важнее.

Я проснулась в его руках. Он такой милый: губки бантиком, руки под щёчкой, как ребёнок. Туман храпел во сне, тихо правда. Но всё равно разбудил. Не завидую его жене.

Осторожно выбралась из его объятий и пошла разводить костёр. Утренний лес прекрасен. Солнце лукаво пряталось между деревьев, скворцы затеяли свою песню. На Сахалине мы просыпались очень рано, чтобы увидеть рассвет. И шли в лес. Дяде нравится состояние покоя, ощущение, что ты подглядываешь за чем-то сокровенным. Эта девственная красота завораживала. Набираешь в лёгкие свежий утренний воздух, чувствуешь себя частью этого заветного мира.

Как там Артём? Наверное, ужасно волнуется. Я бы уже с ума сошла. А может дела затянулась, и его абонент всё ещё недоступен? Наверное, так и есть. Если он станет меня искать, то поймёт, что в туристическое агентство никакая Полина Тимохина не заходила, а водитель автобуса припомнит, что русая девушка сошла за три остановки до вокзала.

Всё-таки надеюсь, что пока он не пытался мне звонить.

Я подогрела на костре тушёнку и хотела разбудить Дэна. Но тот уже сидел на траве в позе лотоса и наблюдал за моими приготовлениями.

– Ты замечательно выглядишь в роли хозяйки.

– Спасибо, иди есть.

Ты снова проверяла сеть, - он посмотрел мне в глаза.
– Хотела позвонить Артёму?

– И да, и нет. По телефону мы могли бы вызвать помощь.