– Согласен!

Советник, не успевший остановить императора, шлепнулся в обморок.

– Е2 – Е4! – торжественно провозгласил Алеша, с грохотом ставя свою пешку на центр поля.

– D7 – D5! – подпрыгнул советник из обморока, не дав императору даже рта открыть. Подбежав к доске, он с неменьшим грохотом подставил свою пешку под удар фигуры противника.

– Ваше Императорское Величество,– немедленно обиделся Алеша,– я расцениваю это как помощь зала. Считаю, что имею право на такую же подсказку. У вас остался еще звонок другу и пятьдесят на пятьдесят.

– Вон! – топнул ножкой разъяренный император.

– Не надо, о великий, не прогоняй! – грохнулся об пол советник.– Лучше замену состава сделай! Позволь сыграть за тебя твоему недостойному слуге.

– Вон!!!

Император Поднебесной лично загнал пинками «помощь зала» под трон, подскочил к доске и, игнорируя коварный ход коня Алеши, почему-то побрезговавшего легкой добычей, с удовольствием сожрал его беззащитную пешку.

Игра началась. Император в принципе был далеко не лох в этой мудрой игре. Усеченный Алешиным мечом вариант, с его точки зрения, был настолько примитивен, что он ходил практически не задумываясь, полагаясь на свой трехсотвековой опыт в этой игре. Ему не терпелось морально размазать самоуверенного царевича-чужака, поставить его на место и заодно отсыпать в закрома тысячу мешков золота. А что? Лишние будут? Пусть теперь не ему – потомкам… потомкам Хунь-Сунь-Вынь-Таня, основателя знаменитой династии Тань, которая пока что знаменита лишь тем, что ее единственный правитель правит уже больше трехсот лет.

– Вам мат, Ваше Императорское Величество,– сообщил, прерывая его мысли, Алеша и сочувственно вздохнул.

Его Императорское Величество недоуменно похлопало глазами. Мат был четкий, элегантный и настолько откровенно наглый, что ему нечего было даже сказать. Достигшая последней клетки шахматной доски пешка нахально превратилась не в ферзя, как он ожидал, а в обыкновенного коня, которого даже сожрать-то было нечем. И этот конь через головы всей императорской свиты и охраны нагло завалил его короля.

– Это неправильно… ты должен был ставить ферзя,– пробормотал ошеломленный император,– сильная фигура… да.

– Да какая разница, Ваше Императорское Величество,– отмахнулся Алеша, дружелюбно обнимая императора за плечи,– ставка символическая, мы в детстве так на щелбаны играли. Распорядитесь лучше для настроения подать чего-нибудь. Пока наш выигрыш твои остолопы отсчитывают, успеем посидеть по душам, за жизнь поговорить…

– Рисовая водка! – оживился император, поворачиваясь к слугам.– Ком цу мир! Унд шнапс длиньк-длиньк!

– Рисовую водку требует,– пояснил Алеше царевич, с облегчением переводя дух,– кажется, пронесло.

– А какого хрена он по-немецки? – удивился Алеша.

– Думаешь, ты первый сюда за молодильными яблочками пришел?

– Может, и не первый, но последний – это точно,– пробормотал Алексей. Напряжение схлынуло. Партия сделана.– Сейчас наш выигрыш подсчитают, и этого императора пронесет покруче, чем тебя!

– А я-то тут при чем?! – подпрыгнул Елисей.

– Сам же сказал: пронесло-о-о…– приколол побратима Алексей.

– Ах ты…

Невозмутимо стоящий рядом Вано вздернул обоих за шкирки и растащил в разные – от своей персоны – стороны. Как царевичи ни брыкались, дотянуться друг до друга через бурку джигита не смогли.

– Ара, прысмотры! Хоть адын царэвыч до Кащэй дожить должэн. Сам панымаэшь, живой-мертвый вода нужэн!

С этими словами Вано выскользнул из бурки, оставшейся висеть в воздухе, снял папаху, посадил на нее своего верного друга, подвесил ее над брыкающимися братьями-побратимами и сел напротив императора Поднебесной.

– Вах, аксакал! Мой отэц жил сто сэмь лэт. Отэц моего отца жил сто дывадцть сэмь лэт. Отэц отца моего отца…

Шахматную доску меж тем начала загружать гора риса, которую шустро, как муравьи, отсчитывали сборщики налогов, срочно вызванные магами императора Поднебесной. Сами они ввиду абсолютной математической неграмотности на такие действия были не способны. Не магское это дело зерна считать, прикажем – высчитают! А медленно считают – подмагичим! Сколько можно возиться? Удар посоха верховного мага Поднебесной перехватил на грудь советник. Он успел очухаться, выкатиться из-под трона, превратить шустрыми ударами ладоней магический посох мага в мелкую магическую стружку и сообщить:

– Лучше не надо.

– Почему? – удивился главный имперский маг, изучая размочаленный обломок в своих руках.

– Не надо!!! – Глаза советника были круглыми от страха.

– Да завалит нас на хрен! Чего тут непонятного?! – крикнул Алеша.

Ара, контролировавший магические посылы Вано, не давая побратимам добрыкаться друг до друга, настолько растерялся, что оба юноши рухнули на пол.

Алеша ринулся к императору.

– Подожди, Вано, со своими дедами! Тут дело серьезнее. Слышь, величество, а советник-то твой прав! Скажи магам, чтоб не дурили. Если разом сюда наколдуют все то, что ты проиграл, гора поболе Эвереста получится. Всем хана будет… Пол-Китая под завалами риса утонет.