И тут до царевича дошло, что застывшие в ступоре стражники смотрят не на него, а на огрызок, которым он дирижировал в такт своей речи.

– Яблочка хотите? – удивился царевич.– Мне не жалко.

Юноша покопался в котомке и кинул одно яблоко начальнику охраны. Тот автоматически поймал его, свел глаза в кучку и молча рухнул в обморок. Несколько мгновений стражники стояли как изваяния, а потом дружно бросились на своего начальника, пытаясь вырвать из его судорожно сжатых рук подарок царевича. Тот, не покидая обморока, начал брыкаться. Затрещали челюсти. Смачные удары оживили унылую обстановку в створе ворот. Кошель с золотом отлетел в сторону, отброшенный ногами бушующей таможни. На него никто не обращал внимания.

– Пошли отсюда,– сказал Елисей, бросая на землю огрызок,– ребята явно не в себе.

И тут он увидел, как один из сидевших у ворот нищих, явно забыв, что он безногий, сделал гигантский прыжок и покатился в пыли, прижимая к груди огрызок. На него тут же навалилась толпа коллег по нищенскому бизнесу. Завязалась еще одна драка.

– Да это заразно! – испугался Елисей, поднимая с земли кошель.– Варварская страна. Золото, оказывается, тут не в ходу. Много мы его с собой взяли из Хекина?

– Мешков сто, на мелкие расходы,– проинформировал царевича кот.

– И, оказывается, зря. Топаем.

Друзья проскользнули меж мелькающих кулаков, лишь изредка откидывая наиболее азартных в сторону, и ступили на плотно утрамбованную улицу Исфаргана. Ворота за их спиной захлопнулись.

– Вы что так долго? – подскочил к ним Алексей.– Я уже все разведал.

– Да тут такие забавные нравы…– Царевич почесал в затылке.

Алеша прислушался к уханью и хряканью за дубовыми створками ворот, укоризненно покачал головой.

– На секунду оставить нельзя. Так, дефективные,– Алеша окинул взглядом наряд оборотней,– вон там базар. Двигаем дружно туда, одеваем вас согласно местной моде, меняем дубинки на УЗИ… тьфу! Чего горожу? Здесь еще до них не доросли. Да и в котомке, думаю, их до хрена. Короче, цель – тряпье и оружейные лавки. Сватовство дело серьезное, а мы в этом прикиде как серые мышки.

– А типа порубать? – сверкнул глазами Васька.

– Ты на диете,– напомнил Алексей.

– А если я вальс-бостон забацаю?

– За кринку сметаны?

– Ну!

– Дорога ложка к обеду. Раньше надо было плясать. И вообще, ты не забыл, зачем мы сюда прибыли?

– На свадбу! – сердито каркнул Ара.

– Правильно, на ней и порубаем,– согласился Алексей.– Двинули на базар. Быстренько покупаем все, что надо, и ко дворцу.

– Нэт,– категорично отрезал Вано,– быстро нэльзя! Уважать нэ будут. Таргаваться нада.

– Без уважения нам никак,– согласился Алеша.

– Ну тогда держи,– Елисей передал джигиту кошель,– покажи класс.

И Вано, как только они оказались на базаре, показал класс. За каждую вещь он торговался как минимум полчаса. Да как! Сначала они с купцом, чей товар приглянулся джигиту, долго били себя в грудь, потом по очереди хватались за кинжал, висевший на поясе у Вано, укоряли друг друга папой, мамой и другими родственниками, но в конце концов все-таки снова били – теперь уже по рукам,– и вещь находила нового владельца. На исходе пятого часа Алеше все это надоело. Да и купленных лошадей стало жалко. Спины их прогибались под тяжестью тюков. Он отнял у разошедшегося джигита практически полный кошель и коротко сказал:

– Достал! Теперь торговаться буду я. Вольфович, охраняй добычу. Попробуешь слинять…

Оборотень обнюхал поднесенный к носу кулак и кивком головы дал знать, что все понял.

Алеша на всякий случай, для убедительности, погрозил ему пальцем и ввалился в оружейную лавку, до которой они наконец-то дошли. Все, кроме главы оппозиции, оставшегося сторожить лошадей, двинулись следом.

– Что желают благо… гм…– лавочник с сомнением осмотрел не первой свежести пропыленные наряды пришельцев,– господа?

Это не укрылось от внимания Алеши и Елисея.

– Господа желают вооружить вот этих четырех остолопов,– лаконично ответил Алексей, кивая в сторону оборотней, и начал демонстративно вытягивать из ножен меч побратима.

– А если кто-то сомневается, что перед ним благородные господа,– прозрачно намекнул Елисей, вытягивая из-за спины катану брата,– то…

– Аллах свидетель,– завопил лавочник,– никаких сомнений! Клянусь бородой пророка Магомеда, я сразу понял: передо мной благородные господа, возможно даже, сардари-куль [3] самого шах-ин-шаха [4] Ирана, но…