Ее наставница спокойно спала. В камине по–прежнему негромко потрескивали дрова.

Перед закатом Баттл принесла поднос с едой, состоящей из чашки бульона, нескольких кусочков сухого печенья и чашки чаю.

— Вам уже лучше, мисс Трент?

— Намного, благодарю вас.

— Мне очень жаль, что так получилось с молоком. Оно не должно было испортиться. Не знаю, в чем дело.

— Вы здесь ни при чем, — уверенно сказала Аманда. — Давайте больше не говорить об этом, такое всегда может случиться с кем угодно.

— Вы очень добры, мисс Трент. Благодарю вас.

— О, бульон хорошо пахнет.

— Вы непременно должны его выпить. Доктор Хэмм говорит, что вам сейчас необходимо много бульона. Несколько дней, пока ваш желудок не придет в норму, вам придется воздерживаться от твердой пищи.

Домоправительница сделала небольшой глоток из чашки с бульоном, словно хотела удостовериться в его качестве.

— Вот. Я попробовала. Отличный бульон.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, — сказала Аманда, глядя на Баттл. — Доктор Хэмм еще Придет сюда?

— Да. Обещал зайти завтра. Он всегда навещает своих пациентов, пока они окончательно не выздоровеют. Он не то что ваши городские врачи с Харли–стрит [2] — напишут пару рецептов, кинут на стол пару пилюль — и поминай как звали.

Аманда улыбнулась:

— В городе тоже есть хорошие врачи, Баттл. Сэр Перси вернулся из Дарнингхэма?

Домоправительница кивнула. Лицо ее оставалось непроницаемым.

— Если можно, мне бы хотелось увидеться с ним, прежде чем он отправится спать.

— Конечно. Я скажу ему. Если вам что–нибудь понадобится…

— Я дерну за шнур звонка. Благодарю вас.

Когда Баттл ушла, Аманда взяла ложку и попробовала бульон. Он был такой вкусный, что рот ее наполнился слюной. Довольная тем, что к ней вернулся аппетит, она начала есть медленно и методично. Ей необходимо восстановить силы. Она приехала в Уэйлсли не для того, чтобы заболеть и стать обузой для его обитателей, требуя лечения и ухода. Ее болезнь никому не нужна — ни ей самой, ни сэру Перси, ни Кароли.

Час спустя сэр Перси появился в ее комнате. Он постучался и, когда она ответила, вошел. Разумеется, она успела причесаться и привести себя в порядок перед встречей с ним.

Его вид потряс ее. Круги под глазами, в которых застыло отчаяние, помятое лицо. Ей даже показалось, что он держит голову как–то неестественно, словно снова к чему–то прислушивается. Несмотря на это, одет он был, как всегда, безупречно, как и подобает хозяину Уэйлсли. На нем были блестящие черные сапоги до колеи, коричневый фрак и темный галстук.

— Вы хотели встретиться со мной, мисс Трент?

— Да.

— Выглядите лучше, это хорошо. Вас мне совсем не хотелось бы видеть нездоровой.

— Что вы хотите этим сказать, сэр Перси?

Он пожал плечами и пододвинул кресло к ее кровати.

— Я вам сейчас объясню. Моя дочь очень романтичная и безрассудная девушка, и я готов к тому, что она в любой момент может слечь с простудой или еще с чем–нибудь. Баттл тоже. Она уже не молода и, вероятно, слабее, чем кажется на первый взгляд. Но вы молоды и полны сил. Понимаете? Вы не должны были заболеть.

— Извините, что я доставила вам столько неприятностей.

Он покачал головой. В глазах его появился знакомый ей странный блеск.

— Нет, не извиняйтесь. Ваши неприятности и мои беды — реальны и имеют один источник. Они имеют отношение к призраку, который бродит по ночам, к этой проклятой часовой башне. Только я не могу понять… Я часами изучал эти книги по оккультизму. Ответы, которые они дают, кажутся правильными, но я не знаю… Я просто не знаю… — Он на мгновение закрыл глаза. — Я не знаю, что мне со всем этим делать.

Аманда покачала головой:

— Вы не найдете ответов в древних книгах, сэр Перси. Их тоже писали люди, а люди не могут знать всего. Верить этим книгам — значит идти против здравого смысла.

— Выходит, вы сами не верите в сверхъестественное?!

— Не верю, — ответила она твердо.

— Я бы и сам не верил, если бы не видел ее собственными глазами. И вы ее видели. А теперь целая серия этих странных происшествий, которые словно преследуют вас. Я видел, как вчера упал тот камень. Это могло быть случайностью. Вы сказали, что вас ударили — это тоже можно объяснить темнотой в комнате и вашей впечатлительностью. А сегодня это прокисшее молоко… Что ж, молоко имеет свойство скисать, не так ли?