Тело Гопала утащили, и Ричард посмотрел на Лоди.

— Он был глуп, — сказал султан. — Ты тоже глуп, чужестранец. Как твое имя?

Ричарду пришлось сглотнуть слюну, заполнившую рот, прежде чем он смог ответить.

— Мое имя Блант.

— Блант. Расскажи мне об этом заговоре, Блант.

— Я не знаю ни о каком заговоре, ваше величество.

— Ты полагаешь, что можешь обмануть меня? Один из этих отвратительных слуг подслушивал ваши разговоры. Ты собираешься вернуться в свою страну и собрать армию, чтобы свергнуть меня. Разве это не правда?

— Если вы знаете так много, ваше величество, ради чего было убивать этого человека и его семью?

— За заговор. А ты хочешь умереть?

— Нет, ваше величество.

— Хорошо. Тогда ты вернешься в свою страну, как запланировал, соберешь армию и приведешь сюда... поддержать меня в борьбе с этим Бабуром, этим так называемым Львом Севера.

Ричард ответил не задумываясь:

— Я не хочу умирать, ваше величество, но я бы предпочел умереть, чем помогать вам в чем-либо.

Брови Лоди грозно взметнулись.

— Ты упрямый негодяй, — сказал он. — Бросьте его в тюрьму, пусть подумает. Когда я в следующий раз увижу его, он сделает так, как я хочу.

Слишком поздно понял Ричард, что нужно было постараться выиграть время и согласиться с требованиями Лоди, тогда он смог бы убраться из этой проклятой страны и вернуться в Гоа, а затем наверняка и в Англию — несомненно, при поддержке султана.

Но такая уж ли эта страна проклятая? В ней, конечно, много отвратительного, но отвратительного достаточно и в Англии. Зато эта страна несравненно богаче и красивее Англии и даже Испании, куда сокровища год за годом текли из Америки.

«Гора Света» — этот камень завладел его воображением. Даже если вес алмаза всего двести карат, попади он к нему, Ричарду, в руки, сделает его богатым на всю жизнь. Он не мог забыть о нем.

Так же, как о красоте Шаны. Как только он вспоминал несчастную девушку, распростертую на полу, душу его переполняло желание отомстить за нее. И еще ему хотелось найти другую, похожую на нее женщину.

Больше же всего он хотел отомстить Лоди.

Но пока на это нечего было и надеяться, и прежде всего следовало решить более насущные проблемы, беспокоящие его сейчас. Он был брошен в каменный мешок, наполовину находящийся под землей, с единственным маленьким зарешеченным окном. Здесь уже находилось около двадцати человек, а камера была не более двенадцати квадратных футов.

Он даже не мог по-настоящему поговорить с товарищами по несчастью, они же не выказывали ему ни враждебности, ни малейшего удивления. Без сомнения, эти люди слишком слабы, поскольку в камере стояла непереносимая жара, а еду и воду давали раз в день. Узникам не позволяли выходить отсюда ни для какой надобности. Зловоние стояло удушающее.

При первой же возможности Ричард сказал стражнику, что переменил свое решение и охотно будет служить султану. Однако стражники его проигнорировали. На следующее утро он повторил свою попытку снова, и еще через день, но все безуспешно. Тем временем его некогда прекрасная одежда стала грязной и истрепанной, а душа, казалось, опустилась куда-то в пустой живот.

Ричард убедился, что очень трудно понять превратности судьбы. Надо же, экспедиция потерпела крах, и он сам чуть не погиб, затем был удивительным образом спасен Гопалом Дасом, а позднее этот хороший человек погиб и его семья оказалась уничтожена, и теперь Ричард снова стоит на краю гибели. Но все же пока еще он жив.

За проведенное в тюрьме время молодой человек понял, что весь город наполнен страхом. Был слышен шум военных приготовлений: стук копыт, тяжелая поступь слонов.

Могло ли быть так, что Лев, о котором говорил Лоди, действительно идет на Агру?

Он принялся настойчивей просить встречи с шахом, но стражники были еще меньше расположены разговаривать с обитателями тюрьмы.

— У нашего господина есть более важные дела, чем ты, варвар, — отвечали они Ричарду.

Неделю спустя двери темницы неожиданно распахнулись, и узникам приказали выходить. Они увидели, что тюрьма опустошена. Во дворе, по подсчетам Ричарда, сгрудилось более тысячи голых или полуголых смуглых тел.

Несколько одетых в кольчуги офицеров на конях во главе большого вооруженного отряда стояли перед заключенными. Каждый пеший воин держал по нескольку копий.

— Наш повелитель султан идет на войну! — закричал один из офицеров. — Из милости он решил смягчить ваше наказание службой в армии. Становись получать оружие!

Люди подчинились с изумительным послушанием. Построившись в две шеренги, они двинулись за верховым офицером между рядами пеших воинов. Каждому выдали по копью, никакое другое оружие, по-видимому, им положено не было. Не дали им ни щитов, ни иных средств защиты.

У Ричарда не оставалось другого выбора, как получить копье вместе со всеми. И отправиться с отрядом бывших заключенных из города по дороге на север. Через несколько миль они остановились на отдых в расположении делийской армии.