— Артем, ты не передумал насчет оружия и брони? Если нет, то как насчет цены? Устраивает? — спросил меня Даго.

Мне стало понятно, что он имеет в виду красную руду, и я кивнул.

— Меня цена устраивает, если, конечно, ты считаешь, что оно того стоит, я-то в этом не разбираюсь. Заплати, потом рассчитаемся.

— Хорошо, договорились. Омар, держи половину. Товар привези завтра. — Отдав пять золотых, Тангар махнул на прощание торговцу и пошел вдоль оружейного ряда, посматривая на ассортимент инструментов для убийства себе подобных.

Я приобрел пару метательных ножей, скованных здесь, но на манер таркийских. Еще прикупил короткие сапоги и поясную сумку, все аккуратно прошито и из отлично выделанной кожи. Даго купил серебряный браслет в виде змейки, обвивающей запястье, глаза у нее были из драгоценных камней, вроде как из маленьких рубинов. Красивая вещь, как я понял, подарок для Сиры. Выйдя с рынка, мы направились в таверну, где Тангара вечером должен был ждать человек, приславший письмо на дом к Мику.

Уже час как мы сидели в таверне «Якорь», неспешно пили местное пиво и разговаривали. Пиво, кстати, было неплохого качества, но хуже, чем у Даго дома. Охотник уточнил, какой бы меч и броню мне бы хотелось, и я, насколько сумел, объяснил. Сошлись на метровом мече наподобие такого, как у Даго, кинжале, кольчуге с кольчужным капюшоном и нагрудными пластинами, еще вспомнили про латные рукавицы и подогнанный под меня шлем Торвальда. От более длинного клинка меня отговорил Тангар, объяснив это так:

— Чем длиннее клинок, тем сложнее им управлять. Это достаточно распространенное заблуждение, что чем длиннее меч, тем опаснее противник. Главное — дистанция, темп, реакция, железные нервы и выдержка. Помнишь, я показывал тебе, как можно захватить чужой клинок и по нему перейти к руке, плечу или горлу, то же самое можно проделать и с длинным мечом противника. Ты думаешь, почему я взялся тебя тренировать? — скорей всего сам себе задал вопрос охотник, потому как почти сразу же сам на него и ответил: — Потому, что увидел, что все эти качества у тебя есть и еще есть целеустремленность и упорство. Будешь продолжать учиться в том же темпе, и через полгода научишься тому, чего некоторые мнящие себя великими бойцами не достигнут и за всю жизнь. Потому что лень. Не длина клинка влияет на победу, а то, что у тебя здесь и здесь, — закончил свое наставление Даго, слегка хлопнув меня по груди в области сердца и показав на голову, видимо, подразумевая под этим храбрость и мозги.

Человек, которого ждал охотник, еще не появился, но, по заверениям кабатчика, вот-вот должен был прийти. Что удивительно, это заведение заметно отличалось от тех, что мы видели по дороге сюда. Здесь не было пьяных. На дверях стоял дядечка, поперек себя шире, и наблюдал, чтобы публика победнее и в обносках внутрь не заходила. Когда мы подошли к «Якорю», он как раз развернул от входа двоих в изрядном подпитии и поношенной одежке. Те повозмущались, но, когда эта туша взялась за дубину и сделала в их сторону пару угрожающих шагов, быстро слиняли. «Не иначе мамаша этого вышибалы согрешила с троллем», — оглядев эту груду мускулов, подумал я. Как объяснил мне охотник, таверна предназначалась для приличной публики, в основном капитанов и их помощников и купеческого люда.

— А кто этот человек, которого ты ждешь, и что у вас с ним за дела? — поинтересовался я у Тангара.

В голове у меня слегка шумело; вроде и выпил-то всего пару кружек, а уже захмелел, правда и кружки здесь были литровые, ну или около того. Наш стол стоял в углу, и отсюда прекрасно просматривался весь зал. Тангар время от времени поглядывал на входящих, вот и сейчас, взглянув на открывшуюся дверь, он ответил:

— Капитан и торговец, возит товары из империи в Кронг и реже в Вейст и Тайборг, ну а оттуда — то, чего нет в империи, а значит и цену просит немалую.

— Понятно, спрос порождает предложение, — пробормотал я негромко фразу, услышанную когда-то от знакомого, работавшего в «Магните» то ли супервайзером, то ли мерчандайзером, сейчас уже и неважно. Никогда особо не разбирался в этих амерских названиях, а теперь и подавно эта фигня мне не пригодится.

Соглашаясь с моими словами, Даго кивнул:

— Точно подметил. Так вот, этого торговца зовут Зильбер Кильт, и он согласился доставить письмо моему другу Арибуну Токогаве, оставшемуся в империи. Когда я покидал столицу, не успел сообщить ему, куда уезжаю. Хм… — хмыкнув неизвестно каким воспоминаниям, охотник на минуту замолчал.

Еще когда Тангар первый раз упомянул, что ему пришлось уехать из империи, мне подумалось, что не все там было просто, а теперь мои догадки получили дополнительное подтверждение. Ну да захочет, сам расскажет, а нет, и не надо, зачем лезть в душу человеку. Меж тем Даго заговорил опять:

— Арибун Токогава — это тот человек из империи Дзен, о котором я тебе рассказывал. Он уволился раньше гибели Корпуса, но из столицы не уехал. Работал у крупного торговца телохранителем, пока торгаш не перепутал работу телохранителя и убийцы. Перед самым моим отъездом Арибун вроде как хотел открыть воинскую школу, но сомневаюсь, что из этого что-то вышло. Конкуренция там большая, да и не дадут закрепившиеся в Спарте мастера работать какому-то инородцу: либо репутацию слухами испортят, либо еще какую пакость устроят. В империи это обычное дело. Вот если здесь, в Трехречье, открыть такую школу, то толк будет. Я ведь потому и брался за любую работу и последние годы копил золотишко, что хочу открыть в пригороде школу воинского мастерства. Это лучше, чем в один далеко не прекрасный день повиснуть двумя половинками на деревьях где-нибудь в Диком Лесу. Или сгнить в орочьих шахтах, а этим рано или поздно закончится. Токогава — один из лучших мечников, каких я знаю. Я неплохой лучник и еще отлично метаю любую железяку, которая может проткнуть или порезать. Есть еще классный копейщик и арбалетчик, вот уже три учителя. В Трехречье существует уже одна воинская школа, но в ней обучают только высокородных и детей богатых торговцев, ну или тех, у кого есть немалые деньги. А я хочу взяться за обучение среднего класса и тех, кто, может, и не так знатен и богат, но действительно хочет чему-то научиться. Эти придут сами и, заплатив за учебу, не будут тупо просиживать родительские деньги, а станут именно учиться. Деньги были нужны на покупку земли в пригороде и строительство помещений, и еще на специальное разрешение. Есть один человек при дворе городского главы барона Зорга эл Толли, он обещал помочь с разрешением, но не бесплатно. Сейчас у меня хватает золота, а если Арибун согласится приехать и помочь мне в становлении школы, то все сложится отлично. Это уже второе письмо, и в нем он должен написать, приедет или нет.

Открылась дверь, пропустив в таверну очередного посетителя.

— А вот и Зильбер Кильт, что-то он с опозданием, раньше за ним такого не наблюдалось.

Вошедший мужчина был дороден, но не толст. Темные волосы, короткая борода и усы, глаза светло-голубые, на вид лет сорока пяти. На ногах короткие сапоги, штаны шелковые темно-зеленого цвета, рубашка тоже шелковая, но белая, кафтан вроде как из бархата с перламутровыми пуговицами. Вся одежда хорошо пошита и подогнана по фигуре. Несколько колец: массивная золотая печатка и пара с камушками, вроде сапфира и рубина. Из оружия — меч длиной с метр в лакированных деревянных ножнах с железной окантовкой, без украшений. В общем, Зильбер производил впечатление человека преуспевающего и не бедного. Вот оружие выбивалось из образа: если судить по рукояти, то обычный клинок, ручка перевита кожаным ремешком, а эфес — простое стальное яблоко. Уверенно ступая, торговец подошел к нашему столу и, поприветствовав Даго, кликнул разносчика. Жадно осушив принесенную ему кружку пива, Зильбер достал письмо и передал его Тангару. Охотник не торопил Кильта, пока тот утолял жажду. Получив письмо, он положил на стол небольшой, но туго набитый кошелек, после чего углубился в чтение, а Зильбер заказал себе еды и кувшин вина. Я ограничился солеными орешками, которые неплохо шли с пивом. Наблюдая за тем, как торговец опрокидывает в себя второй стакан вина, я подумал, что у него не жажда, а нервы. Вероятно, что-то у этого «почтальона Печкина» не заладилось. Когда Даго закончил читать, Зильбер уже ополовинил кувшин, и взгляд его приобрел осоловелость, видать, взяло его винцо-то. Тангар, посмотрев на торговца, уплетавшего тушеное мясо с овощами, спросил: