Он включил мотор, и машина медленно покатилась по дороге.

Каллаган смотрел ей вслед и улыбался, потом быстро направился к своей машине. Он промчался по дороге и свернул в сторону Грин-Плейс. Через двадцать минут он был на месте. Все окна в доме светились. У ворот стояли четыре машины. Грингалл действовал быстро.

Каллаган вернулся в Фаллтон, остановил у телефонной будки машину и позвонил в Скотланд-Ярд.

— Хэлло, Слим, — приветствовал его Грингалл. — Вы просто волшебник. Спасибо за письмо и подарки.

— Я говорю из Фаллтона, — сказал Каллаган. — Я только что проезжал мимо Грин-Плейс и видел в окнах свет, и машины рядом…

— Я послал туда полицию, — объяснил Грингалл. — Я сказал им о Келлсе.

— Хорошо, Грингалл. Теперь послушайте меня. Я могу вам подсказать, как взять Чарльстона. Сейчас он едет в город… Он думает, что ему удалось выкрутиться. Он едет к девушке по имени Хуанита, в Мейфэр. Они собираются вылететь из Кройдона в Париж. Можете взять его. Я не люблю этого парня.

— Я возьму его, — пообещал Грингалл.

— И еще одно. Эта Хуанита — хорошая девушка. Она ни черта не знает об этом деле и наивна, как новорожденная. Я познакомил ее с Чарльстоном, чтобы получать кое-какую информацию. Так что не терзайте ее, Грингалл. Она думала, что Чарльстон женится на ней.

— Хорошо. Я все сделаю, но не хотел бы оказаться на вашем месте, когда она все узнает. Она не захочет вас поколотить?

— Азельда заговорила? — спросил Каллаган.

— О, целый роман! Она с потрохами продала его и себя заодно.

— Дьявольская наивность… Во всяком случае, остальное вы знаете, Грингалл. Да, кстати, могу вам подсказать, где найти вторую «Эсмеральду», из которой Чарльстон убил Келлса. Мне кажется, она в багажном отделении его машины.

— Хорошо, но если бы вы еще дали мне номер его машины (вы его знаете?), он так и не добрался бы до Кройдона. И Хуаниту это спасло бы от неприятностей… Я пошлю к ней человека. Где она живет?

— Отлично придумано! — И Каллаган назвал номер машины Чарльстона и дал адрес Хуаниты.

— Завтра можем встретиться, — сказал Грингалл. — Хочу предложить вам свободу от городской жизни, виски и содовую. Все это, конечно, неофициально. Официально я должен вас строго предупредить о недозволенных методах получения доказательств и т. д.

— Согласен. Только я уверен, что мы еще с вами снова столкнемся в каком-нибудь деле, Грингалл. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи и, лично от меня, — большое спасибо.

— Не за что, Ватсон…

Он повесил трубку и, вернувшись в машину, поехал в Саутинг. Приближаясь к Грин-Плейс, он улыбался, представляя себе довольного Чарльстона… И… радостно засмеялся, когда мысленно увидел тюремный двор, эшафот, палача…

Грин-Плейс остался позади. Он помахал ему рукой.

— О’кей, Монти, — с облегчением сказал он. — Теперь все в порядке.

Машина мчалась в Саутинг. Шоссе второго класса… Знаки на дороге. И чаще других — «Опасные повороты».

— Ничего опасного, — пробормотал Каллаган, прибавляя газ.

Каллаган сбросил скорость до тридцати, нащупал сигарету и закурил.

Машина плавно катилась по дороге. Он с удовольствием прислушивался к ровному гулу мотора. И улыбался. Такая жизнь нравилась ему. Все шло хорошо, пока не подвернулось дело Ривертона, а потом жизнь вспыхнула как фейерверк.

Но неделя была отличная… Он перебирал день за днем и вдруг вспомнил о маленькой неприятности с Хуанитой.

«Маленькая неприятность!» Он с сожалением улыбнулся, представив себе их следующую встречу. То, что он в последний момент помешал ей выйти замуж за убийцу, ничего для нее не значит. Хуанита будет во всем обвинять Каллагана. Он вздохнул, предвидя бурное объяснение в ближайшем будущем.

Дул ветер. Ночь была темная. Неожиданно он вспомнил о письме Торлы Ривертон с требованием отчитаться о расходах денег, которые она дала ему. Теперь ей придется согласиться с тем, что он был прав. Он счастливо улыбнулся.