Фары осветили ворота Манор-Хауза. Каллаган сбросил скорость и направил машину в ворота. Он видел фары машины, идущей ему навстречу. В тридцати ярдах от нее он нажал клаксон и резко остановился.

Каллаган вышел. Сигарета — в углу рта. Он подошел к встречной машине. В ней сидела Торла Ривертон в персидском пальто с непокрытой головой. Ее руки нетерпеливо постукивали по рулю.

— Добрый вечер, миссис Ривертон, — произнес Каллаган с удовольствием. — Собираетесь куда-нибудь? Вам надо бы надеть что-нибудь на голову, иначе вымокнете, как цыпленок.

Она разозлилась.

— Мистер Каллаган, я полагаю, вы получили мое письмо. Вы должны были понять все, что я написала. Вы избавите себя от неприятностей, если немедленно оставите меня в покое. Я тороплюсь.

Он выплюнул сигарету и закурил другую. Его улыбка стала наглой.

— Ну и беспокойный народ пошел! Все куда-то торопятся… И вы тоже, миссис Ривертон?

— Я советую вам уехать, мистер Каллаган, — холодно ответила она. — Вы ведь можете все, что вам нужно, сообщить мистеру Селби в его кабинете, если он захочет выслушать вас!

— Нет, мадам. Я не хочу видеть мистера Селби. Я хотел бы по душам поговорить с вами. Мистера Селби я могу увидеть в любой момент, когда захочу. Но вы — другое дело. Однажды я вам уже сказал, что, когда вы сердитесь, вы становитесь прекрасной. Я не пожалею времени, чтобы как можно дольше видеть вас разгневанной.

— Я предупредила вас, мистер Каллаган. Будет гораздо лучше, если вы уедете. У вас же есть машина. Уезжайте!

— А если я не уеду?

— Если вы немедленно не уедете, я вернусь в дом, вызову шофера, и он вас вышвырнет.

— Дорогая моя, — улыбнулся Каллаган. — Все выглядит так, как будто эта ночь создана для меня. Но пока я констатирую, мадам, что вы не торопитесь. Если вы могли спокойно слушать меня в течение пяти минут, вы действительно не торопитесь. Вы не откажетесь уделить мне еще пять минут? Я мог бы вас избавить от поездки в Баллингтон, куда вы собираетесь. Вы, как милосердный ангел, хотите сказать этому молодому ослу — вашему пасынку, что все в порядке, что вы нашли живого свидетеля, который видел, как Ривертон стрелял, потому что вынужден был защищаться.

Она включила газ, и машина медленно покатилась назад, к дому. Каллаган шел рядом.

— Есть и другая вещь, из-за которой я хотел видеть вас, — продолжал он. — Письмо, которое вы мне прислали. Вам не кажется, что это очень недоброе письмо по отношению ко мне, преданному вам детективу?

Она остановила машину.

— Если вам не понравилось мое письмо, можете пенять только на себя. Из-за ваших «особых» методов, вашего промедления все и произошло на «Сан-Педро».

— Глупости, мадам, — перебил ее Каллаган. — Беда в том, что вы не умеете смотреть фактам в лицо. Вы порхаете. Вы одна из тех женщин, которые не любят частных детективов. Вы всем недовольны. Вы иногда бываете просто глупы и не хотите в этом сознаться.

Она не ответила. Машина снова начала двигаться к дому.

— Ну вот, — сказал Каллаган, — еще пара минут — и все будет в порядке. Сейчас я все объясню. — Он кивнул в сторону дома. — Я полагаю, мистер Селби там?

— Да, — огрызнулась она, — я сейчас вернусь к нему и скажу все, что думаю о детективе, которого он мне рекомендовал.

— Бедный мистер Селби! Это разозлит его, не так ли? Вы знаете, он не выносит угроз. Подумайте сами: у вас есть адвокат, который рекомендовал меня, вшивого детектива, а я — вшивого юриста Гагеля. Каково, а?

По мере приближения к дому машина увеличивала скорость.

— Как это мило… это лучше, чем ходить…

Перед домом машина остановилась.

— Уезжайте, мистер Каллаган! Это ваш последний шанс.

Каллаган увидел, как дрожат ее пальцы.

— Но я хочу вам еще кое-что сказать о письме. Вы думаете, я говорю все это из-за чека, который вы мне дали, что мне жаль этих пяти тысяч? Ну нет, мадам! Еще при первой встрече, в отеле «Шартрез», я понял, что вы глупы. У вас даже не хватает ума понять, что ваш покойный муж был умным человеком и хорошим солдатом, что Селби — первоклассный юрист с большим опытом. У него в мизинце больше ума, чем во всей вашей красивой фигуре. И если двое мужчин ведут расследование, не вам соваться в их дела, а лучше держать язык за зубами и слушать… Вас никто не учил, что в жизни надо обязательно кому-нибудь доверять?..