— Вы забегаете вперед, вам не кажется?

— А для коротких романов я и вовсе не гожусь.

— Очень высоконравственно и…

— Не надо опекать меня, Фрейзер.

— Извините, — с улыбкой проговорил он.

— Расскажите, какой вы представляете себе мою будущую жену.

Роза какое-то время внимательно смотрела на Фрейзера, затем разочарованно произнесла:

— На самом деле я почти ничего не знаю о вас.

— Но уже, должно быть, сложилось определенное мнение, раз вы так рассуждаете.

Роза прикусила губу и велела себе выбирать слова более осмотрительно.

— Я опираюсь на факты, а они таковы: вы ищете себе жену, ваша сестра заинтересована в этом и считает, вы ее скоро найдете и должны сделать правильный выбор…

— Моя сестра — вовсе не тот человек, с которым я стал бы советоваться, — холодно вставил он.

— Неважно, на роль жены вам нужна женщина с покладистым характером. Она должна вписаться в ваш образ жизни состоятельного человека, быть хорошей хозяйкой, обаятельной, привлекательной, благоразумной, интеллигентной и, кроме всего, быть подходящей партией для семьи Росс. И не так уж необходимо, чтобы вы безумно любили ее.

Воцарилась зловещая тишина, затем Фрейзер сказал:

— Продолжайте.

— Я не подхожу под это описание.

— Вы интеллигентная и обаятельная, — с улыбкой заметил он.

— Только когда мне хочется такой быть. Я не такая уж благоразумная, какой должна быть хозяйка, я не люблю заниматься домом постоянно, хотя иногда бывают порывы. И войти в империю Росс я не стремлюсь, и вообще…

— Роза, — он жестом остановил ее, едва сдерживая смех, — избавьте меня от дальнейших подробностей.

— Могу я хотя бы договорить?.. Все равно скажу. Я считаю, любовь к вам может принести много страданий. Не думаю, чтобы с вами было легко жить, это все равно что биться головой о кирпичную стену. — Роза немного помолчала, а потом добавила: — Многие женщины хотели бы заполучить вас и ваши миллионы, хотя это и цинично.

Фрейзер прищурился и произнес:

— Вы считаете, что изучили меня достаточно хорошо, Роза?

Она развела руками.

— Извините. У меня сложилось такое впечатление.

— А вы уверены, что оно сложилось не благодаря вашему живому воображению?

— Я основываюсь на фактах: вы сказали, будто не собирались развалить мой бизнес, это была лишь игра. Так мог поступить только мужчина, которому женщины до смерти надоели. А у меня нет ни времени, ни желания флиртовать с вами.

— Так что же вы предлагаете? Поцеловаться и разойтись? — медленно проговорил он.

— Нет, чисто деловые взаимоотношения, Фрейзер, — ответила она.

— И вы думаете, это возможно? — он улыбнулся. — Что же вы сидели в темноте, такая несчастная и одинокая, когда я вошел? Или…

Роза встала и нетвердой походкой направилась к своей трости.

ѕ Я…

— Нет, ответьте мне, Роза, — грубо прервал он ее. — Так или нет?

— Да, бывают моменты, когда мне не по себе, но это не имеет никакого отношения к вам, — резко заявила она.

Фрейзер встал и отобрал у нее трость.

— Вы пытаетесь убедить меня в том, что женщина, на которой я женюсь, не сможет любить меня?

Роза молчала.

— Расскажите мне о нем, — скомандовал Фрейзер и сел в кресло, усадив Розу к себе на колени. — И не пытайтесь бороться и вырываться, — добавил он. — Вы попросту теряете время.

Роза затихла, тяжело дыша, и перестала сопротивляться.

— Вот в такие моменты вы похожи на пирата, — горько сказала она.

Легкая улыбка тронула губы Фрейзера.

— Вы способны спровоцировать такое поведение у любого мужчины. Но не будем отклоняться от темы. Вы были достаточно откровенны, строя различные предположения обо мне, но теперь я собираюсь до конца узнать вашу историю. Сколько вам было лет, когда вас постигла эта любовная катастрофа?

Роза молча смотрела на него, пока он не сказал угрожающе:

— Роза…

— Хорошо. Двадцать один.

— И как долго продолжался ваш роман?

— Шесть месяцев.

— Как вы познакомились?

Она тяжело вздохнула.

— Я занималась внутренней отделкой его яхты. Вы не знаете, но я с этого начинала.

— Продолжайте.

— Ему было тридцать. Мы влюбились друг в друга. Я думала, он по-настоящему любит меня. Он учил меня управлять яхтой, казалось, у нас общие интересы. Мне всегда хотелось путешествовать, ему тоже.

— Отсюда Занзибар?