Птичка залетела в сети. Отказаться означало нанести тяжелейшее оскорбление ему и всем тем, кого он любил. Уступив же, она собственными руками погубила бы его карьеру, репутацию, все, в чем была его жизнь. Конечно, деловые партнеры Рубена могли никогда больше не напомнить о себе, и все же риск слишком велик. Что же делать?

И вдруг, словно свет в конце тоннеля, спасительная мысль озарила девушку. Если она вступит в брак под именем Анджелины Кармайкл, то коллеги Рубена, возможно, не узнают, кто она такая на самом деле, — по крайней мере, в течение какого-то времени. А когда они вычислят ее, можно будет уйти от Кристофера — ведь тот обещал ее не удерживать.

— А как насчет всех необходимых формальностей? — спросила она, чтобы протянуть время. — Ты же не можешь вступить в брак, не сообщив предварительно о том, что помолвлен.

— Все уже подготовлено, — сказал он быстро.

Анджелина набрала побольше воздуха в легкие перед тем, как заговорить, и все равно голос у нее дрожал:

— Я бы хотела оставить прежнюю фамилию. Можно сделать так, чтобы я оставалась Анджелиной Кармайкл?

— В брачном свидетельстве не обойтись без упоминания моей фамилии, но во всех остальных документах ты можешь оставить свою. Анджелина Кармайкл, супруга Кристофера Шеппарда, так? — спросил он, чуть прищурив глаза. — Но почему для тебя это так важно?

— Ты обещал, что не будешь задавать вопросов.

Это был запрещенный прием, но что еще она могла сказать?

— Да, — согласился Кристофер, не спуская с нее дымчато-серых глаз. — Итак, твое окончательное решение?

— Крис, это ошибка! — сделала последнюю попытку остановить его Анджелина, но тут же поняла всю бессмысленность этих усилий. — Неужели ты не видишь этого?

— Нет, Энджи, не вижу. Кроме того… — Он осекся и, коротко усмехнувшись, заметил: — Ты даже одета, как на свадьбу.

— Да, с этим, как ни странно, полный порядок, — пробормотала она, надеясь, что успеет исчезнуть, прежде чем ее настоящее имя станет известно широкой публике, и Крис не пострадает.

Конечно, не следовало уступать ему, но… Что еще она могла сделать в такой ситуации?

— Ну, так что? — спросил он ровно, и только прислушавшись, можно было уловить в его голосе дрожь.

— Я стану твоей женой, Крис! — с трудом разлепив губы, выдавила Анджелина и протянула ему руку.

Энджи была прекрасна — об этом говорили все наперебой.

Прежде чем вывести невесту к гостям, Кристофер вынул шпильки из ее волос, и они золотистой волной рассыпались по плечам девушки; потом он надел ей на голову венок из белых и розовых роз и сунул в онемевшие руки роскошный букет из таких же.

Анджелина машинально повторила за священником слова брачной клятвы, а потом, когда все прошли в великолепную гостиную, с безжизненной улыбкой отвечала на поздравления, парализованная ощущением, что только что позволила Кристоферу совершить самую страшную в его жизни ошибку.

— Сейчас будет свадебный ужин, а потом мы незаметно ускользнем и отправимся в отель, — шепнул ей супруг. — Я заказал номер для новобрачных в гостинице, где ты остановилась, и твои вещи уже перенесли туда.

— Ты, видимо, был совершенно уверен в моем согласии, — пожала она плечами, слишком измученная, чтобы сердиться.

— Нет, — резко, с болью в голосе возразил Кристофер, и Анджелина удивленно подняла на него глаза. — В твоей любви ко мне я действительно не сомневался, но вот что касается остального… — Он криво усмехнулся.

— И все равно пошел на эту авантюру? — спросила она, потрясенная.

— У меня не было выбора, — покачал он головой. — Все остальное я уже испробовал. Но если потом тебе захочется повторить церемонию со всеми полагающимися в таких случаях формальностями — подвенечным платьем, подружками невесты и так далее…

— Вряд ли, — вяло возразила Анджелина. — А потом, разве в нарядах дело?

— Нет, конечно, не в них, — тихо согласился Кристофер.

Свадебное застолье затянулось до позднего вечера. Шампанское лилось рекой, и Анджелина тоже выпила несколько бокалов. Голова у нее кружилась, и ей все еще казалось, что все это происходит не наяву. В какой-то момент, когда она взглянула на золотое кольцо на безымянном пальце своей левой руки, а кто-то из присутствующих назвал ее миссис Шеппард, девушка словно очнулась, но затем снова погрузилась в отрешенность и безразличие. Чувства могли подождать, пока что важно было выдержать роль.

И только когда ужин подходил к концу, она немного оттаяла. Оказалось, что Кристофер пригласил на вечеринку знаменитого пианиста, который исполнил одно из особенно любимых ею сочинений Генделя.