– Всё, пошли домой, – выдохнул я, заметив неторопливо приближающегося пожилого мужчину в сером клетчатом пальто и с трубкой, впереди которого быстро бежал внушительных размеров серый дог. Как это часто бывает с людьми и животными, прожившими друг с другом достаточно долго, хозяин и собака очень походили друг на друга, что не могло не вызвать невольной улыбки.

– Феодор, фу! – воскликнул пенсионер, а дог уже подбегал ко мне, заставив внутренне напрячься.

Собака замерла в паре шагов от меня и внимательно осмотрела пространство вокруг. Её морда озабоченно вытянулась и стала выглядеть умилительно-грустной. Видимо, она ощутила – что-то рядом не так. А вскоре я явственно услышал приглушённое рычание Норда, несомненно, адресованное догу. Так мы и стояли какое-то время друг напротив друга, пока паузу не нарушил обеспокоенный голос этого мужчины:

– Феодор, ко мне!

Дог ещё какое-то время постоял на месте, а потом, озираясь, медленно двинулся в сторону хозяина, который, приветливо помахав мне рукой, остановился напротив и учтиво заговорил:

– Добрый день. Вы извините, пожалуйста, если он вас немного напугал. На самом деле он смирный, и намордник я снимаю только тогда, когда рядом никого нет. Вас же, прошу прощения, просто не заметил за этими деревьями.

– Ничего страшного. Всё в порядке, – заверил я и, убедившись, что этот человек вовсе не прочь продолжить разговор, поспешил двинуться в обратный путь, сказав: – Всего доброго. Счастливой прогулки!

А про себя я подумал, что совсем скоро буду точно так же гулять здесь с Нордом, и, быть может, встретившись тогда, мы какое-то время с удовольствием поболтаем. Но никак не сейчас. После всего, несмотря на второй носовой платок, которым я тщательно протёр руки и лицо, всё равно оставалось острое ощущение какой-то грязности. В том числе поэтому я хотел поскорее оказаться с Нордом дома, принять душ и спокойно провести вдвоём остаток дня. Только он и я.

Мы миновали дорогу, и я, сжимая в руке пакет с болтающейся лопаткой, ощущал себя словно в те давние времена, когда совмещал поход в булочную с прогулкой с Нордом. Тогда он точно так же бежал рядом.

Пройдя мимо двух хрущёвок с пёстрыми балконами, я повернул и чуть не столкнулся с какой-то девушкой, замершей посередине дороги и как-то странно на меня смотрящей. Я было забеспокоился, что у меня что-то не так с лицом после всех этих раскопок, но тут понял, что она кого-то мне смутно напоминает, и тоже остановился. Между нами возникла непродолжительная пауза, а потом всё встало на свои места, и я выпалил:

– Люда? Ты, что ли?

– Да, Кирилл. Сколько лет.

– Рад тебя видеть. Неожиданно.

– Да, я ведь давно живу в Москве, а здесь, честно говоря, оказалась совершенно случайно.

Люда поправила волосы, а я с удивлением отметил, что она совсем не изменилась. Ну, разве что немного. В школе мы никогда не находили общего языка, что выражалось в неизменных науськиваниях девушки на меня своих многочисленных ухажёров. Это создавало определённые проблемы, с большей частью которых я успешно справлялся, хоть однажды подобные «развлечения» чуть было не довели до детской комнаты милиции. В отличие от Дмитрия, который в те времена строил из себя крутого парня, которому на всё наплевать, Людмила играла в этакую великосветскую высокомерную даму. Подобное поведение, понятно, не прибавляло ей популярности среди одноклассников, однако неизменно привлекало парней на пару лет старше. Кстати, на каком-то этапе в их число входил и Дима Нестеров, однако, как ни странно, именно это никогда им не ставилось мне в претензию и не являлось причиной недопонимания. Теперь же высокомерие можно было смело приписать Дмитрию, а вот образ Людмилы стал каким-то удивительно простоватым, трогательным и, несомненно, именно от этого по-настоящему красивым.

– Понятно. А я всё здесь же.

– Женат? Дети есть?

– Нет, пока один. А у тебя?

– Пожалуй, не буду говорить, но всё не очень благополучно. – Чуть полные губы девушки задрожали, и она всхлипнула: – В любом случае, отлично, что встретились.

– Несомненно. Что же, может быть, нам повезёт так и в следующий раз, – улыбнулся я и хотел идти дальше, но Люда неожиданно крепко ухватила меня за плечо и развернула к себе:

– Ты извини меня за всё, что было в школе. Помнишь? Поверь, мне сейчас очень жаль, что наши отношения тогда складывались именно так. Может быть, как-нибудь встретимся, посидим, поболтаем, а? Ты как?

– В принципе, можно, – серьёзно кивнул я, конечно, не думая, что нам стоит встречаться. Одного Дмитрия для напрягов, связанных с прошлым, мне будет хватать за глаза.

И, когда Людмила протянула мне визитку, я автоматически сунул её в карман, чтобы просто не обижать человека, наперёд зная, что не позвоню и не стану ей писать по выделенному красным адресу электронной почты. Однако, как и многое в этой жизни, совершенно неважное и даже обременительное сейчас, чуть позже неожиданно оказывается весьма серьёзным, актуальным и даже жизненно необходимым. Но, разумеется, этого я пока не знал, поэтому сразу же позабыл, куда сунул этот нелепый маленький листик, а потом потратил множество времени, чтобы его отыскать. Впрочем, уже судьбоносным можно было назвать то, что я, как изначально планировал, дома не выбросил её визитку в мусорное ведро, как частенько поступал в подобных случаях.

– Тогда договорились. Буду ждать.

Люда отпустила моё плечо и стремительно прошла дальше, а я, миновав автозаправочную станцию с широкой выгнутой крышей, чем-то напоминающей китайские храмы, прошёл мимо гаражей и, повернув за угол дома, ещё издали увидел Дмитрия. Он стоял рядом со своей машиной, нелепо размахивал руками и истошно орал:

– И если я ещё хоть раз увижу вас, козлов, возле своей машины, то все рёбра переломаю, так и знайте!

Кому адресовались его слова, я не видел – наверное, кому-то из местной молодёжи или бомжам, повадившимся в последнее время занимать все лавочки напротив игровой площадки возле дома. Как бы там ни было, сейчас передо мной стоял вопрос – идти дальше к своему подъезду или немного прогуляться, чтобы снова не сталкиваться с Дмитрием, который пока не успел меня заметить. Впрочем, посмотрев на счастливого Норда, бегающего взад-вперёд и словно зовущего меня поскорее оказаться дома, я решился идти дальше. В самом деле, что за глупости – я взрослый человек, а чураюсь каких-то своих детских полузабытых страхов? Да ещё с подобным человеком. Нет, так дело не пойдёт, а то я скоро вообще буду бояться показаться на улице.