Они ехали по широкой улице, которая упиралась в площадь, украшенную фонтаном. От нее уходили еще три улицы под разными углами к той, по которой они ехали.

— Вон тот дом, — показал Оуин, объезжая фонтан.

На площади шла бойкая торговля. Продавцы и покупатели не обращали на всадников никакого внимания, хотя несколько человек покосились в сторону Гората.

Путники подъехали к дому барона, и навстречу им выбежал мальчик-конюшенный.

— Господин Оуин! Сколько лет, сколько зим!

— Привет, Тед, — улыбнулся Оуин. — Теперь ты заботишься о лошадях?

Мальчик, которому было не больше двенадцати-тринадцати лет, кивнул.

— Да, сэр. Так как у нас больше нет нормальной конюшни, барон оставляет лошадей своих гостей в конюшне таверны, — он указал на здание напротив дома барона с вывеской в виде деревянной утиной головы. — Я закажу для вас комнаты.

— Ты хочешь сказать, что мой дядя не будет рад меня видеть и не предложит мне комнату? — недоверчиво улыбнулся Оуин.

— Он не очень-то рад кого-либо видеть сейчас, господин Оуин, — удрученно сообщил мальчик. — Если бы вы были один, он, возможно, и предложил бы вам остановиться здесь, но с вами друзья… — он смутился и замолчал.

Оуин отослал его с лошадьми и поручил заказать одну большую комнату на ночь. Потом они поднялись по ступеням большого дома. Джеймс осмотрелся вокруг.

— Рядом с ним остальные дома в деревне выглядят крошечными.

Оуин улыбнулся.

— Раньше это была таверна, но хозяин разорился. Дядя купил ее и переоборудовал под свои нужды. На заднем дворе есть конюшня, но в ней разместилась его личная охрана, — юноша понизил голос. — Как у большинства мелкопоместных дворян, у дяди моего громкий титул, но мало денег. Скромная рента и большие налоги в казну герцога Чима, а дядя никогда не был предприимчивым человеком.

Они постучали в дверь. Она приоткрылась, выглянула служанка средних лет. Увидев перед собой одетого в доспехи Гората, женщина побледнела.

— Привет, Мири, — сказал Оуин, появляясь в поле ее зрения. — Все в порядке. Это со мной.

— Господин Оуин, — с облегчением воскликнула служанка и распахнула дверь.

— Пожалуйста, скажи дяде Корвалису, что мы здесь.

Женщина кивнула и убежала. Через несколько минут к ним вышел высокий человек в рубашке со шнуровкой и бархатном плаще и холодно сказал:

— Племянник, нам никто не сообщил о твоем приезде, — он неодобрительно посмотрел на Джеймса и Гората.

— Да, дядя, это незапланированный визит. Мы уже заказали комнату в таверне напротив. Могу я представить тебе сеньора Джеймса, сквайра принца Аруты, и нашего товарища, Гората. Господа, мой дядя барон Корвалис из Кейвелла.

При упоминании принца Крондорского выражение лица барона несколько изменилось.

— Добро пожаловать, сеньор, — кивнул он Джеймсу, а взглянув на Гората, замешкался, не зная, как к нему относиться, но потом сказал: — Добро пожаловать, господин эльф. Проходите, пожалуйста, в мою комнату. Мири, принеси бутылку вина и четыре кубка.

Они прошли за бароном через бывший общий зал таверны, который теперь был разделен на несколько небольших комнат. В конце коридора виднелась лестница на второй этаж. Они свернули в угловую комнату с двумя большими окнами, выходящими на деревенскую площадь. Барон указал гостям на стулья, уселся и сам.

— Что привело вас в Кейвелл, сеньор?

— Поручение принца, — объяснил Джеймс. — В Ромнее возникли проблемы, и мы проверяем правдивость слухов о том, что ночные ястребы вернулись в Королевство.

При упоминании о ночных ястребах барон подпрыгнул на стуле.

— Слухи! — воскликнул он. — Это не слухи. Здесь, на севере, происходит настоящая резня, и я уже отправил доклад милорду герцогу Чима. Они трижды пытались убить меня!

— Именно это и привело меня сюда, — Джеймс попытался изобразить обеспокоенность. — Принц настроен решительно, как и его брат, король… — Лиам, скорее всего, даже не подозревал о том, что здесь происходит, но Джеймс давно уже понял, что упоминание имени короля зачастую оказывает нужное действие. — Они не могут оставаться равнодушными, когда на их дворян нападают.

— Слава богу, очень вовремя. — При упоминании короля барон, казалось, почувствовал себя увереннее.

— Может быть, расскажете, что здесь происходит? — предложил Джеймс.

— Три года назад при пожаре в заброшенном винном погребе погибла девушка, — слегка покраснев от волнения, быстро заговорил барон. — В то время я решил, что это был просто несчастный случай, но сейчас уверен, что это было первое покушение на мою жизнь. Год назад мы были на охоте, и группа наездников, одетых в черное, напала на нас с оружием в руках. Меня спасла лисица, которую подняли гончие. Животное бросилось через поле, наперерез нападавшим, и преследовавшие его собаки напугали их лошадей. Я потерял свою лучшую гончую в тот день.