Шрифт:
Парень в очочках присел рядом с женщиной на корточки. Робко заглянул ей в лицо и в ужасе отшатнулся. Затем повернулся к торговкам и произнес нервным, срывающимся голосом:
— Позовите милицию! Она мертва!
Какой-то подросток, вертевшийся рядом, бросился исполнять приказание.
Он пулей пронесся по ступенькам, ведущим вверх. Выбежав на улицу, огляделся и со всех ног кинулся к зданию Государственной думы, где приметил двух милиционеров в голубых рубашках.
Тем временем студент поднял с пола кожаный портфель женщины. Повернувшись ко все еще не пришедшей в себя публике спиной, он открыл портфель, лязгнув позолоченными замочками, что-то быстро оттуда достал и засунул во внутренний карман пиджака.
Затем поднялся с корточек и, бросив через плечо: «Я за „скорой“», быстрыми шагами двинулся к выходу, в сторону Тверской улицы.
Возле тела стал собираться народ.
— Что такое? — спрашивали те, кто стоял позади. — Что дают?
— Убили! — отвечали им.
— Кого убили?
— Да вот же, женщину. Не видите, что ли?
Продавщица газетного киоска приложила ладони к забрызганному кровью лицу и зарыдала.
Из толпы вывернулась какая-то тетка с красным, испитым лицом и крикнула:
— Я видела! Я видела, кто убил! Крепкий такой. В пиджаке. Туда пошел. Туда! — Она махнула рукой в сторону выхода на улицу и добавила: — А пистолет в руке нес!
Через несколько минут подоспела и милиция. К этому времени тело мертвой женщины было окружено плотным кольцом зевак. А жаждущий развлечений народ все прибывал.
— Отойдите! — рявкнул на публику коренастый краснолицый сержант. Дайте пройти милиции!
Не дожидаясь реакции на свой призыв, он усиленно и без всяких церемоний заработал локтями. На милиционера посыпалась ругань:
— Куда прешь?
— Совсем менты обнаглели!
— Явились не запылились!
Не обращая никакого внимания на эти реплики, милиционеры пробились наконец к телу. Краснолицый нагнулся. А его коллега — белобрысый молодой паренек — попробовал оттеснить публику назад.
— Ну что? — спросил он сержанта, обернувшись к нему через плечо.
— Аллес, — устало ответил тот. — Вызывай оперов.
Белобрысый вынул из кармана рацию, а краснолицый повернулся к окружившим тело женщины людям и громко сказал:
— Граждане! Кто из вас видел, что здесь произошло?
Народ невнятно загудел. Милиционер поморщился, сдвинул фуражку на затылок, провел ладонью по вспотевшему лбу и сказал еще громче, чем прежде:
— Свидетелей происшествия я попрошу остаться. К остальным, милиционер сделал строгое лицо, — убедительная просьба разойтись. Разойдитесь, граждане. Имейте совесть. Тут вам не цирк.
Глава вторая
— Здравствуйте! — Невысокий крепкий мужчина протянул капитану руку: Дежурный следователь Звягинцев.
— Инспектор угро капитан Мурадов, — отрекомендовался капитан, пожимая следователю руку.
У Звягинцева было усталое, желтоватое лицо. Он достал сигарету и закурил.
— Что скажете, капитан?
— Женщину убили, — ответил капитан Мурадов.
Звягинцев нервно усмехнулся.
— Сам вижу, что она не на корке арбузной поскользнулась.
— Извините, — стушевался капитан. — Это я машинально. По свидетельству очевидцев, женщина покупала газеты. У нее за спиной прошел молодой мужчина и прямо на ходу выстрелил ей в шею.
— И затем, я полагаю, растворился в толпе? — докончил за него Звягинцев.
— Так точно.
Следователь выпустил густое облако табачного дыма и, повернувшись к своим, коротко приказал:
— Приступайте, ребята.
Судмедэксперт, пожилой, грузноватый мужчина с аккуратно зачесанными назад седыми прядями, склонился над трупом. Поднял голову и сказал:
— Перебита артерия. Шанса у нее не было.
Звягинцев коротко кивнул и вновь повернулся к капитану:
— Свидетелей много?
— Трое, — ответил капитан Мурадов. — Вон они стоят. Хотел отвести их в отделение, но музыкант заартачился. Твердит про какой-то концерт.
— Ладно. — Звягинцев помахал перед лицом рукой, отгоняя табачный дым, и, сурово сдвинув брови, рявкнул на худосочного юношу с фотоаппаратом.
— Хватит топтаться на месте. Ты криминалист или хрен собачий? Работай!
Юноша встрепенулся и защелкал фотоаппаратом, фиксируя общее положение трупа. Звягинцев подошел к телу и присел рядом с судмедэкспертом. Внимательно осмотрел тело и, потирая большим пальцем лоб, протянул: «Н-да…»