— А что находится в десяти шагах к северо-западу от ее могилы?

Шаман непонимающе взглянул на него:

— Я не помню. Не знаю.

Знахарь о чем-то крепко задумался, но потом рассказал, что тот старик из Миссури, которого можно было считать шаманом, рассказал ему об их традиции захоронения. Он объяснил, что в десяти шагах к северо-западу от места захоронения шамана должны жить ватавиномы, злые духи. Один из них всегда бодрствует, в то время как три остальных спят. По словам Сноходца, они не могут навредить Маква-икве, но если их оттуда не прогнать, они не дадут ей помогать тем живым, кто попросит ее о помощи.

Шаман тяжело вздохнул. Возможно, если бы его воспитывали в языческой вере, он бы смог проявить большую терпимость. Но сегодня всю ночь он беспокоился о тех пациентах, кому не успел помочь. Поэтому теперь он хотел поскорее закончить с прививками, чтобы успеть пораньше отправиться в путь и остановиться на ночь в той бухте, где они разбивали лагерь накануне.

— Чтобы прогнать духов, — продолжил Сноходец, — ты должен найти их обитель и сжечь ее.

— Да, я непременно сделаю это, — пристыженно пообещал Шаман, и Сноходец с облегчением вздохнул.

Пришел Маленький Волк и спросил, можно ли ему занять место Чарли-Фермера во время прививания местных жителей. Он сказал, что Кейсер уехал из Тамы еще ночью, сразу после того, как потушили костер.

Шаман немного расстроился из-за того, что Чарли уехал не попрощавшись. Но он разрешил Маленькому Волку помочь ему, сказав, что у него наверняка все получится.

Они начали рано. Дело шло немного быстрее, чем в прошлый раз, потому что Шаман уже набил руку. Очередь пациентов почти иссякла, когда в город с шумом въехала пара гнедых коней, которые везли за собой огромную повозку. На козлах сидел Кейсер, а из повозки опасливо выглядывали трое детей, которые с огромным интересом рассматривали сауков и мескуоков.

— Пожалуйста, сделай прививку и моим детям, — попросил Чарли, и Шаман ответил, что с радостью выполнит его просьбу.

Когда всем жителям Тамы и детям Чарли сделали прививки, Кейсер помог Шаману и Рэйчел собрать вещи.

— Я бы хотел изредка привозить детей к могиле Маква-иквы, — сказал он.

Шаман ответил, что будет рад гостям.

С Одиссеем они управились довольно быстро. Муж Карабкающейся Белки по имени Шемаго, Копье, подарил им подарок: целых три огромных бутылки из-под виски с кленовым сиропом. Бутылки были связаны между собой с помощью такой же лозы, какую Сноходец использовал в своем колдовстве. Коулы приняли их с искренней благодарностью. Шаман приторочил их к тюку с вещами, водруженными на спину Одиссея.

Оказалось, что попрощаться с ними вышел весь городок. Он пожал руку Сноходцу и пообещал, что они вернутся следующей весной. Затем он обменялся рукопожатиями с Чарли, Стремительной Черепахой и Маленьким Волком.

— Теперь мы будем называть тебя Коусо вабескиу, — торжественно объявил Маленький Волк.

Коусо вабескиу, Белый Шаман. Шаман чувствовал себя польщенным — он знал, что получил такое имя не из-за своего детского прозвища.

Многие люди подняли руки на прощание; Рэйчел и Шаман ответили индейцам тем же и выехали из Тамы по дороге, ведущей к реке.

Через четыре дня после их возвращения домой Шаман в полной мере почувствовал, что значило для деревни столь длительное отсутствие врача. В его амбулатории было не продохнуть, поскольку каждое утро он сталкивался с огромным наплывом пациентов. После окончания приема он ездил по домам больных, которые лечились у него, но не могли самостоятельно прийти. Шаман возвращался в дом Гайгеров поздно ночью, совсем без сил.

На пятый день, в субботу, поток пациентов немного уменьшился, так что Шаман смог работать в более спокойных условиях, а в воскресенье утром он проснулся в комнате Рэйчел, наслаждаясь долгожданной свободой. Как и всегда, он не хотел никого будить, поэтому взял свою одежду и унес ее вниз, в гостиную, где тихо оделся и вышел на крыльцо.

Он пошел по Длинной тропе и встретился в лесу с рабочими, которых прислал Оскар Эриксон, чтобы подготовить местность к постройке нового дома и амбара. Дом собирались строить не в том месте, которое представляла себе в детстве Рэйчел. После осмотра указанного Шаманом участка Эриксон лишь покачал головой. К сожалению, мечтая о доме, маленькие девочки не всегда учитывают особенности ландшафта. Площадка для будущего дома, которая почти идеально соответствовала требованиям строительной науки, нашлась неподалеку. Рэйчел согласилась с тем, что сотня ярдов — это не слишком далеко от ее большой мечты. Шаман уведомил родителей Рэйчел, что все расходы по застройке он берет на себя, но Джей настоял на том, чтобы деньги за участок молодые приняли в качестве свадебного подарка. Они с Джеем относились друг к другу с глубоким уважением и теплотой, потому довольно быстро пришли к соглашению.

Дойдя до участка, на котором должны были строить больницу, он увидел, что уже почти закончили земляные работы, предшествующие закладке фундамента будущего здания. Горы земли, лежащие вдоль будущих стен, походили на гигантские муравейники. Очертания фундамента показались ему меньше, чем он себе представлял, но Эриксон заверил, что так всегда бывает. Фундамент сделают из серого камня, который из самого Нову будут везти по Миссисипи в Рок-Айленд, а оттуда повозками, запряженными волами, — на строительный участок. Эта перспектива немного пугала Шамана, но опытный подрядчик сохранял полнейшее спокойствие.