— Хочешь стать моим первым министром?

— Ещё как!.. — поспешно согласился Сак-Софончик.

Он справедливо рассудил, что лучше быть министром, чем самоварной трубой.

Какофон положил на голову Сак-Софончика свою костлявую ладонь.

— Назначаю тебя первым министром королевства Всемогущего Какофона! — торжественно произнёс он.

В медных мозгах Сак-Софончика тут же пронеслось: «Вот когда я отдохну: заведу себе заместителя и буду ругать его за безделье!»

Какофон прервал сладкие мысли Сак-Софончика:

— Пора приниматься за дела.

— Слушаюсь, ваше прекакофонство! — как и подобает министру, ответил Сак-Софончик.

— Моему королевству нужно правительство, а мне самому — телохранитель, — заявил Какофон.

— Вашим телохранителем может стать дядька Цуг-Тромбон, — ответил Сак-Софончик.

— Почему?

— Он вопит громче всех.

— А ты сообразительный малый, — похвалил министра король. — Веди сюда — как его? — Цуг-Тромбона.

— Как, прямо сейчас? — пролепетал Сак-Софончик.

Откровенно говоря, Сак-Софончик побаивался громкоголосого и грубоватого дядьку Цуг-Тромбона.

Какофон угрожающе покрутил дубинкой:

— Я не привык повторять своих приказов!

— А если… он не согласится? — попятился к двери Сак-Софончик.

— Я ему голову оторву!

— Я, как первый министр вашего прекакофонства, — вкрадчиво начал Сак-Софончик, — не могу допустить, чтобы у моего короля был телохранитель без головы…

— Тогда тебе придётся допустить, что у короля останется без головы первый министр, — буркнул Какофон.

Этот намёк пришёлся не по душе Сак-Софончику, и он без лишних слов поплёлся исполнять приказ Какофона.

— Послушайте, — обратился он к Цуг-Тромбону, — вы не могли бы на минутку заглянуть ко мне?

— Мне некогда расхаживать по гостям, да ещё ко всяким бездельникам, — ответил Цуг.

— Я никак не могу разобраться в новых нотах, — робко попросил хитрый Сак-Софончик. — А вы такой умный и такой грамотный…

Дядька Цуг был не очень грамотным и не очень умным, поэтому слова Сак-Софончика сделали его сговорчивей.

— Ну ладно, — сказал он. — Пойдём.

Навстречу Цуг-Тромбону поднялся Какофон. Нацелив на дядьку вращающиеся глаза, он процедил сквозь зубы:

— К ача-ча, к ачи-чи, к ирла-м ирла, камп-камп!

Наверное, это заклинание злого волшебника было очень сильным, потому что Цуг-Тромбон стал вдруг извиваться, корчиться, хотя Какофон его и пальцем не тронул. Медные косточки несчастного хрустели, словно кто-то ломал их.

А трубки и трубочки — у Тромбона их было много, как, впрочем, у любого медного инструмента, — согнулись, сдвинулись с места и стали корявыми, как сухие ветки старого дерева.

Дядька Цуг и опомниться не успел. Он моментально потерял память и стал таким фальшивым, что у него помутилось в голове.

— Кто я такой?

— Ты мой телохранитель, — ответил Какофон. — А я — король. И зовут меня Какофон. Твоя медная голова должна это запомнить, иначе ты останешься без головы. Ясно?

— Король… Какофон… Без головы… Ясно, — как заведённый, повторял дядька Цуг.

Какофон сделал два прыжка, завертелся на месте, потом стал яростно бросаться на стену.

Он исполнял свой знаменитый какофокс. Казалось, что руки и ноги короля не выдержат этих движений, вот-вот оторвутся и вылетят в окно.

Сак-Софончик внимательно наблюдал за тем, что вытворяет король. Иногда он, чтобы доставить удовольствие Какофону, тоже дрыгал ногами.

Когда танец окончился, Сак-Софончик сказал:

— Ваше прекакофонство, вашему телохранителю нужны телохранители.

— Зачем?

— Затем, чтобы его охраняли, когда он охраняет ваше прекакофонство.

— Молодец, Саксо! — похвалил король находчивого министра. — Награждаю тебя орденом какофонии — «За фальшивые услуги».

Никаких орденов у Какофона не было. И он нацепил на грудь счастливого министра большую, величиной в полтарелки, железную пуговицу от своего халата.