— Своих хватает.

— Напрасно. Эти ребята — одни из лучших. И еще…

Цагоев наклонился вперед, поманил пальцем. Джафар — тоже склонился вперед.

— Следи за соседями. Дошло?

— Дошло…

Цагоев — вышел через час. Скворцов — уже нашел общий язык с охраной, сидя на корточках — тут любили сидеть на корточках как зэки на пеших этапах — прихлебывал ароматный чай из пиалы, рассказывая на дари последние новости из славного города Кандагара. Автомат — лежал рядом, но так, чтобы мгновенно пустить в ход. Шило — дремал, разморенный жарой в кабине пикапа. Еще раз полковник убедился, что Скворцов — прирожденный разведчик, его место совершенно не в спецназе. Держать такого в спецназе — что гвозди микроскопом заколачивать.

— Хватай мешки, вокзал отходит! — рявкнул полковник.

Шило едва не вынес дверь, когда вставал по стойке смирно. Скворцов — встал неспешно, поднял автомат, на начальника не смотрел — ну вылитый афганец, мать его ети.

Джафар неспешно вышел следом.

— Значит, так, орлы. Переходите во временное подчинение вот этого командона. Мифахмам [108] ?

— Дер ши дык… — на пушту ответил Скворцов. Они так часто тренировали друг друга, внезапно меняя язык, потому что языки было необходимо знать.

— Тогда все.

Полковник пошел к двери.

— Товарищ полковник — окликнул его Шило — а как вы обратно то?

— На караване.

— А туда?

— Пешком. Ничего не случится.

Калитка в двери закрылась.

Скворцов и Шило смотрели на своего нового командира, которого Цагоев назвал Джафар, а Джафар смотрел на них. Ничего примечательного — среднего роста, лысый, усатый, с внимательным взглядом. Явно со Средней Азии — хотя по виду русский не меньше чем наполовину. Почему со Средней Азии? А у среднеазиатов — кожа особого цвета, в нее загар въелся так, что они и на северах загорелые.

Среди среднеазиатов были либо очень плохие офицеры, либо очень хорошие. Все помнили Ялдаша Шарипова, командира одного из подразделений спецназа.

— Пошли, поговорим — сказал Джафар по-русски совершенно без акцента

Специальный помощник министра обороны Джонатан Корти — еще никогда так близко не подбирался к логову врага. Когда он ступил на бетонку аэропорта Карачи, названного в честь основателя государства Пакистан — он почувствовал, как против его воли — волоски на коже поднимаются дыбом…

Для полета в Пакистан ему выделили один из С21, находящихся в распоряжении президентской, восемьдесят девятой авиаэскадрильи, расквартированной на базе Эндрюс. Вместе с ним — в самолете летели шесть сотрудников Дипломатической секретной службы — столько же сотрудников секретной службы находилось вокруг Президента США, в так называемом «ближнем круге». Двое из них — уже в самолете открыто вооружились винтовками Colt Commando, у остальных были оперативные кейсы с пистолетами-пулеметами. Все были в бронежилетах, бронежилет надели и на него. Настолько серьезных и демонстративных мер безопасности он не мог вспомнить даже в Сальвадоре.

Полет был долгим, с промежуточными посадками. Сначала — они махнули наискосок через весь североамериканский континент, приземлившись для дозаправки в аэропорту Лос-Анджелеса. Потом — остров Гуам, один из непотопляемых авианосцев Соединенных штатов, там базируются стратегические бомбардировщики с ядерными ракетами, нацеленными на Китай и на Дальний Восток СССР. Только потом, проделав почти весь полет над морем, под экспортом двух истребителей с авианосца USS Saratoga — они зашли на посадку над людским муравейником, называемым Карачи.

Когда они заходили на посадку — Корти заинтересованно смотрел в иллюминатор. Город как город… есть даже высотные здания. Маловато зелени… он привык к латиноамериканским столицам, там полно зелени. Следов разрушений не видно, концентрации боевой техники — тоже. Он вспомнил, что русские сюда не дошли и этот город не бомбили…

Их загнали куда-то на дальние стоянки. С одной стороны разгружался самолет Ан-12 со знаками венгерской государственной авиакомпании Малев, с другой — самый настоящий советский, аэрофлотовский, и тоже Ан-12. С обоих самолетов выгружали какие-то тюки, бросали на бортовые машины — и среди тех, кто разгружал советский самолет — были явно русские…

— Черт… — первый, сошедший на землю агент, угрожающе выставил вперед винтовку, но не в сторону самолетов… — давайте, осторожнее. Где машины? Мать их, почему не подали машины?

— Возможно, про нас забыли…

— Сэр, на вашем месте я бы вернулся в самолет…

Корти отрицательно покачал головой, он смотрел на советских у самолета.

Они были обычными людьми. Самыми обычными людьми — они стояли, передавая друг другу мешки по цепочке, и последний бросал их в машину. Никаких ушанок, никаких звезд — кто-то по пояс голый, кто-то в майке и уж точно не советской. В других обстоятельствах — их можно было спутать с белыми бедняками с американского юга, привыкшими зарабатывать на жизнь не болтовней, а тяжелым трудом.