Шрифт:
– Ты о чем это?
– Да жена у меня никак вес сбросить не может, хотя уже все на свете диеты перепробовала… К врачу ходила, – он сказал, что это из-за неправильного обмена веществ… А она ведь почти ничего не ест – тарелку каши в день, да пару яблок… А вес не падает, даже чуть растет… А тут, пожалуйста, – сержант оглядел Бекбулатова, – лопай сколько хочешь – и никаких последствий!
– Что значит «никаких последствий»? – возмутился тот. – Это же болезнь! Расстраивается вся деятельность организма! К тому же постоянная резь в желудке, которая стихает только после приема пищи…
– Ну извини, извини… – поспешно перебил его Ракитин. – Я вовсе не имел в виду, что бутылизм, или как его там…
– Ботулизм!
– Ну да… Я вовсе не имел в виду, что он подарок…
– То-то! – произнес Марат и принялся открывать пакет с молоком. – Значит, ты понял, какое это тяжелое заболевание?
– Понял, понял…
Бекбулатов разодрал бумажный уголок пакета, посмотрел на сержанта и вдруг расхохотался:
– Так вот у меня его нет!
– Чего нет? – не понял тот.
– Ботулизма!
– Как это? – удивился Ракитин.
– А вот так! У меня просто строение тела такое! – Марат отхлебнул глоток молока и вытер губы. – Я всегда был худым. А аппетит у меня нормальный! Просто тут у вас я действительно проголодался: ни ужина, ни завтрака…
– А чего ж ты мне про этот ботулизм втирал?
– А просто так! – усмехнулся задержанный. – Чтобы поднять общий уровень твоего развития! Жене своей тоже про него расскажи, пусть обзавидуется!
– Ну и паразит же ты…
– Ага! – согласился Бекбулатов. – Паразит! Но организм у меня работает, как часы, и никакой рези в желудке нет…
И тут случилось неожиданное.
Едва сказав последнее слово, Бекбулатов как-то сразу побледнел, схватился рукой за живот и пробормотал:
– Ой, вот она и появилась…
– Что появилось?
– Резь…
Ракитин сначала насторожился, но потом махнул рукой:
– Да бросай ты свои штучки… Болтун…
Однако лицо Марата стало еще бледнее, а глаза затянула какая-то пленка.
– Помоги… – прохрипел он.
– Да что с тобой? – забеспокоился сержант.
– Не знаю… В животе прямо огонь какой-то… И голова кружится…
Ракитин подошел к заключенному:
– Ну-ка дай руку…
Марат послушно протянул ладонь:
– На…
Медицинская подготовка сержанта ограничивалась умением прощупать пульс.
– Ну-ка, ну-ка… – бормотал он, выискивая на бекбулатовской руке бьющуюся вену. – А… вот она…
– Да что же со мной такое? – выдавил из себя Марат.
– Елки-моталки! – воскликнул вдруг Ракитин. – Да у тебя пульс ударов сто пятьдесят!
– Голова отключается… – прошептал пересохшими губами задержанный и, невидяще уставившись на сержанта, закрыл глаза.
– Ща я врача приведу! – сказал тот, но тело Бекбулатова вдруг обмякло и, словно мешок, повалилось на нары.
– Эй, ты что? – склонился над ним Ракитин и вдруг почувствовал, что пульс на руке Марата пропал. – Ты что? Ты что это, а? – захлопал он задержанного по посеревшим щекам.
Бекбулатов не реагировал. Он был мертв.
Жуков и Папалаев вышли из квартиры Шмакова, где трудилась только что приехавшая дежурная оперативно-следственная группа, и направились вниз по лестнице.
– Надо позвонить Борисычу! – сказал Папалаев.
– Угу, – кивнул Жуков и полез за мобильником.
Иванова поднялась из-за стола, подошла к Турецкому на опасное расстояние и сказала:
– Может быть, пройдем в комнату и послушаем музыку?
Александр кашлянул и, собрав в кулак всю свою силу воли, ответил:
– Вообще-то я на работе…
Как бы в подтверждение этого на поясе «важняка» затренькал сотовый телефон. Турецкий быстро достал его и поднес к уху:
– Да? А, это вы… Так… так… Дня два назад? Так… И что сказал этот участковый?… Ага… ага… Понятно… Дуйте в прокуратуру и ждите меня! – И Александр сунул трубку в прикрепленный к брючному ремню чехол.
Галина Ивановна проводила его руку заинтересованным взглядом и сказала:
– Какая симпатичная у вас модель… Можно посмотреть? – И, не дожидаясь, пока Турецкий ответит, она коснулась чехла своими длинными пальцами. – Наверное, какой-нибудь «Эрикссон»… – Голос хозяйки стал тихим и томным. – Эти «Эрикссоны» всегда такие толстенькие… – Ее ладонь вдруг соскользнула с трубки и, к изумлению Александра, медленно направилась в сторону гульфика.