Адмирал все-таки нажал на спусковой крючок. Пуля разорвала батарианцу бедро, он закричал от боли и ослабил захват. Андерсон тут же поднял пистолет, направил его в живот противнику и выстрелил три раза подряд.

Все четыре глаза Санака расширились, словно от удивления, как такое могло случиться, и тело его обмякло. Дэвид перекатился через него и поднялся на ноги, сжимая в руке оружие. Батарианец открыл рот и попытался что-то сказать, но послышалось лишь слабое бульканье. Он закашлялся, тонкая струйка темной крови потекла по его губам.

Андерсон выстрелил еще раз, теперь уже в голову. Санак дернулся, затем его голова завалилась набок, глаза остекленели, и жизнь в них угасла.

Вся схватка продолжалась не больше тридцати секунд, но за это время успела затихнуть и стрельба в другом конце склада. Осмотревшись, Андерсон заметил нескольких бойцов Арии, включая и Оргуна, лежащих неподвижно на полу. Некоторые еще дергались в агонии, мощный биотический удар переломал им конечности или по крайней мере вывернул из суставов, так что бедняги лежали в крайне неудобных позах. Другие выглядели так, будто им размозжили головы кувалдой.

Однако среди всей этой кровавой бойни не было видно Грейсона… и Кали.

Выбежав на середину помещения, Андерсон убедился, что, кроме него, на складе не осталось никого живого. Он не знал точно, что произошло с Кали, тысяча версий пронеслась в его голове, и ни одна из них не была утешительной.

Опасаясь худшего, адмирал рванулся к двери и уже на улице, в полумраке, увидел ее, живую и невредимую. Она стояла спиной к нему и смотрела куда-то вдаль.

— С тобой ничего не случилось? — спросил он, тяжело дыша после стремительного рывка.

Кали обернулась.

— Нет, ничего, — успокоила она его. — Когда начали стрелять, я просто упала на пол. К счастью, никто в меня специально не целился.

— А что с Грейсоном?

— Он убежал, — ответила она. — Вырвался из окружения и проскочил за дверь. А они побежали за ним.

Андерсон понял, что у них появился шанс. Пока вокруг неразбериха, пока подручные Арии пытаются остановить Грейсона и ни о чем другом не думают, они с Кали могут уйти незаметно.

— Пойдем, — сказал он. — Нам нужно убираться с Омеги.

— Но как? — не поняла она.

— Мы просто найдем кого-нибудь, кто не отчитывается перед Арией, — объяснил Андерсон, догадываясь, что это легче сказать, чем сделать.

Неизвестный мужчина вышел из тени соседнего здания.

— Возможно, я смогу вам помочь, — заявил он вместо приветствия.

Кай Лэнг услышал выстрелы, доносящиеся со склада. Мышеловка захлопнулась. Однако вскоре Грейсон — вполне живой — покинул здание. Команда Арии не справилась с заказом. Как и в первый раз, Кай Лэнг прижался к стене, вместо того чтобы преградить дорогу врагу. Он, конечно, преданный сторонник «Цербера», но не самоубийца.

Грейсон побежал прочь, а через мгновение из дверей склада выскочили три вооруженных крогана и бросились в погоню. Несмотря на внушительные габариты, а вернее, благодаря развитой мускулатуре кроганы бегали быстрее людей. Только Грейсон больше не был человеком. Усовершенствованные, усиленные кибернетикой органы позволили ему развить невероятную скорость, и он успел получить фору метров в тридцать к моменту появления преследователей.

Увидев беглеца, кроганы открыли огонь, но попытки поразить цель прямо на бегу, да еще и при плохой освещенности, не могли не сказаться на точности выстрелов. К тому же Грейсон бежал не по прямой, а беспорядочными, непредсказуемыми зигзагами, не давая взять себя на прицел. Но совсем увернуться от такого шквала огня ему не удалось, и несколько пуль все-таки достали его.

Грейсон споткнулся, притормозил. Затем развернулся и вытянул руку навстречу преследователям. Воздух вокруг него замерцал, заколыхался, искажая контуры, как обычно бывает при выбросе мощного биотического импульса.

Если бы кроганы оказались чуть ближе, энергетическая волна, несомненно, растерла бы их в порошок. Но Грейсон слишком далеко оторвался от преследователей, и расстояние в значительной степени ослабило мощность его удара. Вместо того чтобы поразить врагов насмерть, он всего лишь сбил кроганов с ног.

Пока те поднимались, он снова пустился наутек, заметно прихрамывая, но двигаясь из-за этого не намного медленнее, чем прежде.

В это время из здания склада выбежало подкрепление: с полдюжины батарианцев и еще два крогана. Они присоединились к оправившейся от удара тройке и продолжили погоню, также стреляя на бегу из штурмовых винтовок, но к тому времени Грейсон уже находился за пределами дальнобойности их оружия.

Пробегая мимо приближавшегося в темноте Кая Лэнга, он попал в полосу света, так что киллер успел мельком рассмотреть его ранения. По правому бедру Грейсона стекала кровь, левая рука бессильно повисла вдоль туловища, — скорее всего, пуля раздробила ему плечо. Повреждения выглядели серьезными, но отнюдь не смертельными — удивительно, но ни в спину, ни в голову ему так ни разу и не попали.